— Оставлен пока под нужды армии. — Павлов указал на стул и тоже сел рядом. — С чем приехал?

— С жалобами на тебя, — усмехнулся Павел Тихонович. — Ростов с Новочеркасском воюет. Славно!

— Ты где их встретил, Духопельникова и Сюсюкина?

— Аккурат в представительстве. Но — под хмельком.

— Большая редкость! Обычно они напиваются как свиньи. Сюсюкин на Покрова, в святой для донского казака праздник, на улице валялся... Ситуация такова. Капитан Кубош, который и привёз сюда Сюсюкина, тайно и явно вяжет меня по рукам. Немецкая разведка контролирует каждый мой шаг. Сообщи об этом Краснову, когда будешь в Берлине. Впрочем, как он повлияет? Немцы гнут свою политику Наша декларация, как передал Фридерич, одобрена Клейстом. Дано разрешение на создание казачьей армии.

— Вчера мне сказал Одноралов. По-моему, поздно хватились!

— Не завтра, так послезавтра придётся вести казаков в бой. У меня полк. Смешанный. Есть и конники, и пластуны. Но вооружение... Нужны автоматы, противотанковые ружья, пулемёты. Я уже не говорю об орудиях! У многих конников одни шашки, а у некоторых — боевые пики!

— Мы же владели пиками, — с иронией заметил Павел. — В этом нет ничего позорного.

— Мне не надо бутафорских войск! — вдруг ожесточился атаман. — С пиками против танков? Это на парадах хорошо с пикой проехаться! А казакам нужно дать такое оружие, чтобы могли побеждать.

— Ты как знал, что придётся отступать. Реорганизовал управление в штаб походного атамана. Наметили, куда направлять обозы?

— Казаки непредсказуемы! Бросают всё, лишь бы не жить при Советах. Красная армия теснит немцев. Обозы едва поспевают. Фактически они разрозненны, хотя нам удалось установить связь с окружными атаманами. Далеко не все беженцы обеспечены продовольствием и одеждой. Но откуда ждать помощи? Опять же — казачья армия. На базе чего, позвольте спросить? Ни военнопленных, ни казаков из других частей вермахта не посылают в моё распоряжение. Декларация одобрена, но не выполняется, хотя принята два месяца назад. Эмигранты не помогают. У меня нет опытных командиров. Где же сподвижники по Добровольческой и Донской армиям?

— Эмигрантам въезд запрещён.

— Немецкие власти сами не знают, что им надо! То сулят златые горы, то грабят станицы. Со мной, законно избранным войсковым атаманом, времени не находят встретиться, а парочку энкавэдистов — Сюсюкина и Диска — привечают. Это — чекистская кличка Духопельникова. И что удивительней всего, они одновременно играют на руку и нацистам, и коммунистам. Потому что давно известно, как ослабить казаков: расколоть, одурманить властью и стравить атаманов.