— В прошлый раз я и не заметила, насколько большой у вас дом, — призналась я, разглядывая все вокруг. — Настоящие царские хоромы. Когда я впервые увидела поместье фрау Шульц, подумала точно также. А у вас дом вдвое больше!

Мы последовали в столовую, миновав длинный коридор и парочку гостиных, украшенных многочисленными комнатными растениями в массивных горшках и портретами неизвестных людей в пышных платьях и сюртуках. Мебель воистину была старинной, но от того не менее роскошной и дорогой.

— Ты не заметила это только лишь потому, что мы используем только одну часть дома, — сообщил Мюллер, и его спокойный голос эхом прокатился по гостиной, в которую мы вошли. — Ее мы называем жилой. Здесь находятся главный холл с двусторонней винтовой лестницей, столовая, три будуара, пять спален в том числе детская, мой кабинет и одна комната отдыха или изумрудная гостиная. А во второй части находится белая зала, или бальная, как принято говорить, несколько гостевых комнат, розовая гостиная для приема высокопоставленных гостей, музыкальная комната или, как ее называет Мария Александровна, малиновая зала… Подвал отведен под хозяйственные нужды. Раньше там жили слуги, но сейчас находятся кухня, прачечная и вообще все, что может пригодится прислуге по хозяйству. Mamá принципиально переселила прислугу в наш жилой блок. Сейчас они свободные люди, которые на добровольных началах приняли решение работать в этом доме за хорошее жалование. В общем, здесь запросто можно заплутать… Поэтому мы приняли решение закрыть вторую половину дома за ненадобностью. Его обслуживание и без того выходит в копеечку, а так мы экономим едва ли не половину суммы.

Я уставилась на него, недоуменно похлопав ресницами.

— Что такое буду… будуар?

Алекс расслабленно улыбнулся, словно этот вопрос только что задал трехлетний ребенок.

— Прости, я не должен был злоупотреблять незнакомыми тебе терминами. Моя вина. А будуар — это женская комната, или даже несколько комнат, которые принадлежат одной женщине. Это могут быть и гардероб, и спальня, и даже ванная. Привычка называть женскую спальню будуаром у Mamá сложилась еще со времен проживания в России, — сообщил офицер, и с любопытством взглянул в мою сторону. — Тебе все еще интересно?

— Конечно, — искренне ответила я, разглядывая убранство мелькающих помещений. — Но откуда у твоей семьи такой царский дом?

Я не соврала. Было ужасно интересно разузнать подробности жизни Мюллера, его семьи и даже историю такого громадного особняка. По крайней мере, я здорово отвлекалась от смерти Ваньки, и не лила понапрасну горькие слезы.