– Да, уж ты-то силен, – проворчала я.

И правда: он не только был сильным, но и возвышался над всеми, как гигантский кедр.

Но, несмотря на ожесточенный спор, я осталась удовлетворена. Мне удалось добиться своей цели – перед лицом всего Рима Цезарь признал нашего сына.

Ради одного этого мне стоило отправиться в Рим.

Глава 27

Через день передышки настал черед понтийского триумфа, посмотреть на который собрались еще более – что казалось невозможным – многочисленные толпы. Известия о великолепии и необычности триумфальных представлений быстро разносились по окрестностям, привлекая в Рим новых и новых зевак. Люди верили, что каждый новый праздник превзойдет предыдущий, и стремились увидеть это собственными глазами.

И снова мы сидели на трибунах в тени шелковых навесов и ждали. Сегодняшний день не был особо ясным; дело явно шло к дождю. Всю ночь напролет громыхал гром, отчего люди во множестве собирались у изваяний Юпитера, гадая, не явит ли бог какое-нибудь знамение. Но ничего не случилось, ни одна статуя не упала, не перевернулась и не разбилась. День шел своим чередом, Юпитер не мешал триумфатору.

Сегодня музыканты играли на азиатских инструментах – изогнутых арфах, погремушках, цитрах, тамбуринах и барабанах в форме кубков. За ними двигались танцоры с мечами, прыгавшие, извивавшиеся и кувыркавшиеся. За танцорами, как и прежде, важно прошествовали римские магистраты, после чего на Форум выехали повозки с трофеями. Там были черепаховые панцири, золотые блюда, груды необработанного янтаря и лазурита из областей, граничащих с Понтом, луки, стрелы и конская сбруя тонкой работы, а также колеса боевых колесниц, снабженные сверкающими серпами.

С дальнего конца Форума донесся взрыв хохота, и вскоре я поняла, в чем причина: народ насмешило комическое изображение Фарнака, удирающего от римских войск с разинутым в крике ртом и панически вытаращенными глазами. Его образ являл собой сатирическое олицетворение трусости.

Последовала пауза, а потом появилась колесница с огромной таблицей, где горели алые буквы: «VENI VIDI VICI». Три слова вместили в себя весь Понт, как будто это царство не заслуживало даже изображения его городов, храмов и монументов. Все было сведено Цезарем к одному мгновению. На полный разгром врага ему потребовалось всего четыре часа.

Горделивый транспарант предшествовал появлению колесницы самого победителя. Он пребывал в благодушном настроении, как будто это сражение стало для него послеполуденной забавой, таким же увеселением, какие он устраивал сейчас для граждан. По всему Форуму отдавались эхом приветственные крики, и Цезарь буквально купался в них.