Клодия проскользнула мимо, бросив на Цезаря заговорщический взгляд.

– Такова, например, Клодия, – сказала я. – А Антоний притащил актрису, на которую все смотрят косо.

– Для того и притащил, чтобы все косились на нее, а не на него, – хмыкнул Цезарь и повернулся к Валерии. – Спасибо за помощь. Надеюсь, мое поручение тебе понравилось.

– Сплетни – самое приятное времяпрепровождение, – с улыбкой ответила она и скрылась в толпе.

Праздничный стол был накрыт крокодиловой кожей, на которой лежали груды фруктов: вишни, груши, яблоки, сладкие фиги, финики и гранаты. В огромных блюдах с высокими краями плавали кальмары, морские ежи и устрицы. Фаршированные кабаны с позолоченной щетиной таращились на гостей, что толпились вокруг столов, поглощали угощение и запивали еду огромным количеством вина. Гул голосов усиливался, подобно морскому прибою.

В конце трапезы «Анубис» прикатил в зал саркофаг на колесиках.

– В разгар пиршества, – возгласил он, – полезно вспомнить о вечном. Услышьте, что поведают вам мертвые! – Он отступил назад и изменил тон: – Пока вы не покинули земную юдоль, следуйте во всем велению ваших сердец. Облачайтесь в тончайшее полотно и умащайтесь благовониями, ласкающими обоняние!

Тут «Анубис» сделал несколько танцевальных движений и продолжил:

– Ищите удовольствия, где и когда только можете! Не предавайтесь тоске, следуйте желаниям сердца! Стремитесь к тому, что больше всего радует ваш взор! Устраивайте свои дела на земле по велению души, пока не настал тот неизбежный день, когда все кончается и бог, не ведающий жалости, слушает стенания ваших близких.

Он склонился над саркофагом и обратился к мумии:

– Воистину, стенаниями провожают уходящего в могилу, ибо не чает он радостного дня возвращения.

Мумия начала издавать стоны и шевелиться. Люди заволновались, хотя прекрасно знали, что это представление. Вид оживающих мертвецов производит сильное впечатление.

– Внемлите! Человеку не дано забрать на тот свет свое земное достояние!

Мумия за его спиной перекинула через край гроба одну негнущуюся ногу, потом вторую и рывком выпрямилась.

– Внемлите! Нет никого, кто бы ушел туда и возвратился обратно! – пропел «Анубис», после чего обернулся, воззрился на «ожившую» мумию и испустил вопль.

Он воздел руки и потянул за полоску полотна, торчавшую у мумии из-за плеча. Мумия принялась вертеться, разматывая пелены.

– Свободен! Свободен! – возгласил изображавший мумию человек, избавившись от пелен.

Он метнулся к саркофагу, стал зачерпывать оттуда пригоршни золотых монет и швырять в толпу.

– Потратьте их за меня! – кричал он. – Я туда возвращаться не собираюсь!