Симптомы надвигающегося кризиса не были ни легко заметными, ни грозными; большинство даже крупнейших политиков, купцов, банкиров, ремесленников не осознавали их вполне четко, но те, едва заметные, с трудом прослеживаемые в источниках изменения, которые происходят в конце XIV — начале XV в. в различных сторонах жизни, при всей своей фрагментарности говорят о наступлении новых времен.

Так, во Флоренции, крупнейшем центре производства шерстяных тканей не только в Италии, но и во всей Западной Европе, уже вскоре после кровавого подавления восстания чомпи — осенью 1393 г. — отмечается резкий упадок этого производства, упадок, выходящий за масштабы обычных кризисов. Чрезвычайная комиссия, выбранная для борьбы с этим упадком 25 октября 1393 г., приняла постановление о том, что «для того чтобы предотвратить обнищание цеха», вводится громадная пошлина на ввоз во Флоренцию иностранных суконных тканей — за каждый кусок длиной в 24 локтя следует платить 3 флорина, что, по существу, делает невозможным его продажу. Исключение делается только для совсем грубых или совсем легких тканей (специалистов по их изготовлению во Флоренции не было) и для сукон из Фландрии и Брабанта, связь с которыми для города в это время представляла особый интерес. Кроме того, постановлением 1396 г. запрещается вывоз из Флоренции всех материалов текстильной промышленности[320]. Как констатация надвигающегося «обнищания цеха», так и принятые покровительственные мероприятия говорят о том, что в главном жизненном нерве Флоренции — производстве цеха «Лана» не все обстояло благополучно уже в конце XIV в. Весьма показательно то обстоятельство, что почти совершенно аналогичное мероприятие проводит и Венеция в 1380 г.[321] Правда, экономической катастрофы непосредственно после этого не произошло, флорентийская экономика имела еще достаточно жизненных сил, чтобы справиться с затруднениями, но страх перед возможностью такой катастрофы остается неизжитым в течение всего XV столетия.

Упадок текстильной промышленности Флоренции, неизбежно надвигающийся в связи с растущей конкуренцией как других стран (в первую очередь — производителей шерсти), так и других городов Италии, сказывается в том, что уже с начала XV в. здесь быстро развивается шелковое производство цеха «Пор Санта Мария»,[322] которым стараются компенсировать потери в производстве шерсти.

Само собой понятно, что торговля, в первую очередь внешняя, между государствами Италии и другими странами как Запада, так и Востока (так же как и производство) переживает изменения, пусть внешне почти незаметные, но важные и симптоматические. Покровительственные мероприятия как экспортеров сырья, так и импортеров готовой продукции, стремящихся развить свое собственное производство и свою собственную торговлю, не могут не повлиять на производство и торговлю городов Италии. В 1439 г. Англия, подходящая к концу Столетней войны, запрещает Венеции ввозить на своих кораблях что-нибудь, кроме своих собственных товаров,[323] что, естественно, сказывается на экономике «жемчужины Адриатики».