– Не «на», а путём положи! С уважением! – бросился на неё бычара, и Валя едва успела встать между Викой и ним.

Взяла со стола деньги и подала ему в руки. Внутри всё дрожало от ненависти и бессилия, губы пересохли.

– Не комплект. Ты больше приняла, белокурая, – сказал он, пересчитав деньги. – Я отследил.

– Два человека бесплатных, один пенсионер – в половинную стоимость. – пояснила Валя, стараясь казаться спокойной.

– Твоя благотворительность – твои дела. Гони бабки полностью! – он закурил, развалясь в кресле.

– Больше денег нет, – ответила Валя. – И здесь не курят!

– Шмару свою обколотую шли за бабками, на Вернадского ж живёшь, – он начал выпускать дым колечками и провожать каждое взглядом как волк в мультфильме «Ну, погоди!». – А сами побазарим!

– Вика, привези деньги за двух с половиной человек! Поняла?! – строго посмотрела Валя на Вику, поняв, если знает о них всё, значит, не врёт, что общается с ментами. – Поймай машину. Одна нога здесь, другая там!

– Ес, – ответила Вика, обдав Валю взглядом «всё будет в порядке».

– И без глупостей! – потребовала Валя.

Вика вышла, но в комнату влетела Маргарита. Всё в её физиономии вытянулось при виде посетителя и, не успев себя отредактировать, она возмущённо обратилась к бычаре:

– Извольте объяснить, что здесь происходит?

– Уйми домработницу, – буркнул Огурец Вале и положил ноги на журнальный столик, видимо, насмотревшись фильмов про американскую мафию. – Чаю пусть сварит.

– Маргарита, если не трудно, дайте нам, пожалуйста, чаю, – выдавила из себя Валя.

– Я могу позвонить Артемию, – напомнила Маргарита, с ужасом созерцая пистолет.

– Не надо никому звонить, – попросила Валя, почти умоляюще. – Дайте, пожалуйста, чаю!

Она понимала, что телефон отключён, а на площадке стоят люди этого Огурца.

– Мальчик так подавлен, – певуче сообщила Маргарита, выходя.

– Дайте крошке валерьянки! – рявкнула вслед ей Валя.

Повисла пауза.