И весь день потом в детском саду царило какое-то бурное и торжественное веселье. Настроение у всех было отличное.

Вечером за мной пришла не Бабушка, а Зинаида Степановна. По дороге мы свернули к газетному ларьку.

– Мне, пожалуйста… – Зинаида Степановна достала из кармана очки, бумажку, стала перечислять много названий всяких газет.

И если философски-спокойная киоскерша, ничуть не удивившись, стала набирать и складывать стопкой по три-четыре экземпляра одного и того же названия, то я была совершенно поражена: кого-кого, а Зинаиду Степановну за чтением новостей я никогда не заставала.

Аккуратно, стараясь не замять хрупкие листы, она сложила все это в сумку, и мы пошли дальше до… следующего киоска, где в точности все повторилось: очки, бумажка и много-много одинаковых газет.

– А зачем нам столько? – наконец не выдержала я, когда мы таким образом «обчистили» четвертый или пятый ларек.

– Не знаю, – ответила Зинаида Степановна. – Бабушка велела купить.

Дома она бережно сложила всю эту кипу макулатуры на письменный стол.

Сама же Бабушка буквально ворвалась домой довольно поздно: отплавав с Лодочкой и Мышонком в теплой земляничной пенке, мы с Мишкой и Слоником как раз собирались смотреть очередную серию сна про то, как свободно парят в воздухе маленькие, вылетевшие в окно детки.

– Купили? – с порога спросила она Зинаиду Степановну.

– Купила, – покорно подтвердила та.

– И я тоже немножко достала. Представляете, еще и не во всех ларьках есть. Разбирают быстро.

– Вы поужинайте, что ли, – смиренно предложила Зинаида Степановна.

– Да-да, – сказала Бабушка. – Сейчас. Мы только на утро одно важное дело сделаем.

Бабушка побежала куда-то, чем-то пошуршала, потом вернулась в комнату.

– Зинаида Степановна, помогите мне стол застелить, а то клеем уляпаем все… Так. Где-то у меня была линейка… Картонка? Ага…

Стукнула дверца платяного шкафа.

– Эти туфли уже без коробки могут постоять, а картоночка самая подходящая, крепкая, плотная, – приговаривала Бабушка. – Надо будет забежать в «Канцтовары» и картону для детских поделок побольше купить. Ну, сегодня пока и так обойдемся.

Заскрежетали ножницы, безжалостно разоряя плотный обувной футляр.

– Людмила Борисовна, – робко спросила Зинаида Степановна, – а зачем много-то так?