Я опустился на стул, Керестели сел в ногах кровати, и сразу, с непринужденностью светского человека, завязал с хозяйкой живую беседу. Хотя они говорили по-французски, на хорошо знакомом мне языке, я быстро перестал их понимать. У них шел разговор между двумя специалистами; так и сыпались загадочные термины и ссылки на книги, которых я, пользуясь выражением Есенина, «ни при какой погоде, конечно, не читал».
Я чувствовал себя лишним и помалкивал, до тех пор, пока мой приятель не повернулся ко мне со словами:
– Мадам обещает впредь ничего против вас не предпринимать, и я вам ручаюсь, что ее слову можно вверить.
Так что, я полагаю, инцидент исчерпан! Прощайте, сударыня! Мне было очень интересно с вами познакомиться.
* * *
– Да, – подтвердил профессор, когда мы уже вышли на улицу, – с ее стороны вы можете ничего больше не опасаться. Она знает, что я имею над нею власть, которую не поколеблюсь пустить в ход, если она причинит вам вред. Но вот те трудности, о которых она вам говорила… Тут я, к сожалению, никак не могу вам помочь. И, по правде говоря, побаиваюсь за вас!
Но в тот момент я испытывал только чувства облегчения и благодарности, и мне хотелось на будущее смотреть в столь же веселом свете, как игравшее вокруг нас солнце.
«Мосты» (Франкфурт-на-Майне), 2006, № 11, с. 151–157«Мосты» (Франкфурт-на-Майне), 2006, № 11, с. 151–157
Заместитель
Заместитель
Шекспир, «Комедия ошибок»Молодая графиня дю Понтеле, сильно скомпрометированная активным участием во Фронде, была принуждена бежать в Испанию.
Она была беременна. Роды, несколько преждевременные, застали ее в дороге, когда она пересекала деревню, расположенную в предгорьях Пиреней.
В результате, на счет появились близнецы, оба мужского пола, но разного сложения: родившийся первым проявлял себя бурным криком, солидным аппетитом и явным намерением держаться за жизнь. Тогда как его младший, – положим, не более, чем на час, – наоборот, брат казался слабым и болезненным; похоже было, что он не выживет.
Везти с собою одного ребенка было уже проблемой; двух, выглядело невозможностью. Главное же, больного, чуть не умирающего младенца…
Графиня Эмилия нашла единственный выход, заключавшийся в следующем: она вручила немалые деньги, – половину того, что имела с собою, – местному священнику, который помог ей подыскать кормилицу, и оставила ему второго из своих сыновей, с условием, что он будет пока о нем заботиться, а в случае смерти, похоронит его приличным образом.
Дальнейшее путешествие протекало как нельзя удачно.
В Испании у беглянки имелись друзья и даже отдаленные родные, которые приняли ее радушно и заботливо.