Когда умничает герой – это еще так-сяк. Готов терпеть из уважения к Ивану Карамазову. «Возвращаю билет», и всё такое.
Но когда умничает автор (то есть «речь от автора»), когда мы читаем, что «сидя под этим могучим деревом, человек вдруг со всей остротой ощущал, что вселенная, частью которой он по воле судьбы стал в миг своего рождения, – это мириады неисполнившихся возможностей, крутящихся в вечном хороводе пространства и времени, замыкающихся здесь, под кряжистой кроной дуба, олицетворяющего собой мировое древо становления, роста и угасания», – вот это фу!
10 октября 2019
10 октября 2019
Пиджак и фрак. Причуды консервативной мысли. В 1950–60-е годы пиджак и сорочка с галстуком были обычной повседневной одеждой мужчин. Дома ходили в пиджаке и галстуке! Сейчас это кажется чем-то замшелым, убийственно старомодным.
Но вот мой друг и собеседник Александр Янкович рассказал, что для русского консерватора второй половины XIX века пиджак был такой же красной тряпкой, как для советского обывателя 1960-х – джинсы. Он приводит поразительные цитаты из Константина Леонтьева (1831–1891). Леонтьев пишет о своей ненависти к «России новой, либеральной и космополитической, мерзкой России пара, телефонов, электрического света, суда присяжных, пиджака… и всеобщего равномерного “диньите де л’ом”» (
Два вывода отсюда можно сделать.
Первый – просто исторический. Да, мода меняется. Тоги, хламиды, плащи, камзолы, фраки, пиджаки, куртки, худи…
Второй вывод интереснее.
За что Леонтьев так не любит пиджак? За то, что он короткий? Видно то, что ниже пояса? Нет! При этом он любит фрак и не против гусарских ментиков. В чем же дело?
Полагаю, всё дело в карманах!
У фрака карманов нет. У ментика тоже. Карман – штука плебейская. Бедняцкая. В кармане бедняк (а потом и середняк, и развращенный всяким
Пиджак с карманами – символ демократический. Символ того, что и богатый помещик, и бедный чиновник одинаково достают из кармана портсигар и спички. Кошмар!
Леонтьев против пара, электричества, суда присяжных и железных дорог (последнее ведь тоже «великая уравниловка» – хоть бедняки едут в «зеленых», в третьем классе, но ведь в том же поезде и туда же, ужас какой).