Сегодня умер Лев Александрович Аннинский, критик и, как бы сказали нынче, «историк культуры». Не только историк, но и практик культуры, человек, делавший ее на протяжении десятилетий.

Критический метод Аннинского был по-своему замечателен. Он, как мне кажется, наследовал крупнейшим русским критикам XIX века вроде Белинского, Писарева, Добролюбова – а также Каткова и Суворина. Особенно последним, с их резким переходом от революционности к охранительству. Но самое главное, что унаследовал Аннинский от этих столпов русской критики, – пристальное внимание к «что написано, о чем написано, в каком духе написано» – при некотором пренебрежении к «как написано». Сказать короче – этика и политика подминали эстетику.

Но мало того! Аннинский сделал еще один шаг. В полемике с Юрием Трифоновым он сказал (цитирую по памяти): «Я такой же писатель, как и вы. Только вы пишете о жизни, а я – о ваших книгах. Смешно, если кто-то будет вам говорить, что “на самом деле в жизни всё не так, как вы пишете!” Точно так же смешно, когда вы мне говорите: “На самом деле в моих книгах всё не так, как вы пишете!” Для вас объект творчества – жизнь, для меня – ваши книги». Вот так.

Я лично многим обязан Льву Александровичу. Причем не вообще (типа «поддержал», «помог», «открыл глаза») – а чисто, как говорится, конкретно. В 1990 году он пригласил меня на должность заведующего отделом национальных отношений в журнал «Дружба народов». Он уходил оттуда, а на свое место привел меня. Это было круто. Это было престижно. А главное, это было очень интересно. Я проработал там до 1994 года, это были прекрасные годы, именно там я подружился с Александром Руденко-Десняком, Ириной Дорониной, Александром Архангельским, Еленой Шубиной, Натальей Ивановой, Леонидом Бахновым, Юрием Калещуком, Вячеславом Пьецухом и многими другими интересными, умными, колоритными людьми.

И разумеется, я продолжал дружить с Львом Александровичем, беседовать с ним лично и по телефону, встречаться в гостях, слушать его рассказы, читать его книги.

Царствие Вам Небесное, вечная Вам память, наш дорогой и незабвенный старший друг.

8 ноября 2019

8 ноября 2019

Литературные страдания. «Господин сочинитель! – пишут мне. – У вас, конечно, неплохие рассказы, стиль-фабула и всё такое, но вот с героями как-то слабовато. Какие-то они все потерянные, неуверенные, мелкие, бесцельно и бессмысленно живущие. Желания у них какие-то приземленные, планы не масштабные, а то и вовсе нет никаких планов: так, день да ночь – сутки прочь, мелкие карьерки, мелкие интрижки… Где сильные люди, готовые ради большого дела на серьезные усилия и жертвы? Где ученый, не спящий ночей в лаборатории и дающий отпор карьеристу и плагиатору? Где судья, стоящий на страже закона? Где ваш брат писатель, который борется за правду искусства или за судьбу молодых талантов? Где государственный муж, который?.. Ну и так далее. А любовь? Где любовь страстная, самоотверженная, готовая на труд и жертву. Одним словом – где герой? А не эти ваши шерочки с машерочками?»