Через несколько шагов расстояние сократилось настолько, что можно было разглядеть лица влюбленных. Сердце Тагерта заколотилось – главным образом из-за совершенной невероятности увиденного. Как? Навстречу, держась за руки, двигались аспирант Роман Гутионов и третьекурсница Вера Бородима. Те самые, которые на глазах Тагерта стали врагами, когда обсуждали определение слов «нормальный человек». Гутионов не тотчас заметил латиниста, а Вера, покраснев, пискнула: «Здрасьте». Тагерт успел подумать, что на свидании женщина всегда сохраняет наблюдательность лучше, чем мужчина. Поздоровался и аспирант, соблюдая английскую невозмутимость, какую обеспечивал его почти двухметровый рост.

Что-то происходило в окружающем мире, что-то должно было вот-вот случиться с самим Тагертом: именно сейчас он ощутил это до дрожи. Разминувшись с влюбленными и продолжая улыбаться усилием воли, Сергей Генрихович ускорил шаг, вдыхая вечерние запахи запечалившейся улицы.

•

После второй пары на выходе из аудитории Тагерта встречала Юля Жернакова, новый лаборант кафедры иностранных языков.

– Вас просили зайти в отдел кадров. – Лаборантка смотрела на Тагерта так, словно собиралась детально задокументировать его реакцию.

Встретив этот взгляд, Тагерт не стал спрашивать, зачем его вызывают, ответил «зайду» и отправился на следующую пару. Юля Жернакова в прошлом году училась у него, но сейчас смотрела на него не как на старого знакомого, а как на проштрафившегося подчиненного.

В городе третий день солнце пекло по-летнему, и клены во дворике блестели лаком красноватых почек. В квартире маляры белили потолки, клеили обои, до ночи играла музыка на заляпанной краской магнитоле, и Тагерт радовался дням, когда приходилось подольше задержаться на работе. Аудитории, коридоры сверкали чистотой, а может, так казалось после домашних газет, мешков с мусором, засохших малярных валиков, ощетиненных слипшимися клочьями.

Отдел кадров занимал две небольшие смежные комнаты в административном крыле. В том же крыле располагались бухгалтерия, кабинет проректора по общим вопросам и университетский архив. Сюда редко заглядывали студенты, и этаж казался частью солидного ведомства, занимающегося то ли международной торговлей, то ли секретными военными операциями. Интересно, что начальница отдела сидела в кабинете тремя этажами выше.

В первой комнате было пусто, в дальней визжал и стрекотал матричный принтер. Две молодые женщины подняли глаза на Тагерта. Сперва обернулась сидевшая у окна, затем поглядела и та, что работала за компьютером. Тагерт знал печатавшую в лицо, но имени не помнил.