Но уже на следующее лето случилось непредвиденное. То есть не предвиденное семейством Бит-Яломов-Гогнадзе. Россия ввела войска в Грузию, и в считанные дни официальное отношение к грузинской власти, грузинской политике и даже к грузинской диаспоре изменилось. Там и здесь из русских городов стали высылать граждан Грузии, в московских школах проверяли детей с грузинскими фамилиями. Все грузинское вмиг оказалось под подозрением. Пришлось снова созывать семейный совет. Колина сестра Наталья два года назад вышла замуж за бухгалтера Ильдара Латырова. Латыров – фамилия ингушская, неплохая, рассудили дома. Оканчивается на «-ов», похожа на русскую. А что она не от кровного родственника – какая разница? Все свои. Сестра Латырова, брат Латыров, зять тоже Латыров. Лишь бы никто к мальчику не цеплялся. В октябре на втором курсе юридического факультета случилось странное событие. В четверг на занятиях присутствовал Николай Гогнадзе, а в пятницу он исчез навсегда, хотя его глаза, улыбка, брови и голос снова явились в университет, на сей раз под именем Николая Латырова.

Расчет любящей семьи оказался не вполне верен. Фамилию Бит-Ялом принимали за еврейскую, а в юридических институтах антисемитизм не практикуется. В московских вузах много преподавателей-грузин, а после неумных санкций официальных властей именно среди образованных людей градус сочувствия к Грузии и любви ко всему грузинскому возрос необычайно: повсюду открывались грузинские рестораны, люди пили запрещенные к ввозу боржоми и хванчкару, потому что запрет всегда улучшает вкусовые качества еды и питья. Грузинское хоровое пение, грузинские актеры, грузинский театр, грузинское кино – все это казалось еще обаятельнее, чем прежде. Кто тайком, кто в открытую, старались послать грузинам сигналы поддержки, симпатии и стыда за случившееся. Так что фамилия «Гогнадзе» не несла для Николая никакой угрозы. Впрочем, и с ингушской фамилией Николай продолжил учиться как прежде: с трудом одолевая сессии, завоевывая дипломы за участие в самодеятельности, смягчая сердца методисток и диспетчеров песнями и турецкой пахлавой.

•

«Рымшин и партнеры», фирма, в которой работал Павел Королюк, предпочитала обслуживать солидных клиентов – «Ямал-банк», «Газ-Надым», РЖД. Впрочем, иногда брались за поручения маленьких компаний, а то и отдельных граждан – все определялось суммой контракта и мерой хлопотности дела. Недавно Королюк из наемного работника превратился в партнера. Человек разумный, он не только не хвастался этой новостью, но и по возможности держал ее в секрете: пусть сотрудники юридического департамента по-прежнему считают его своим товарищем, рубакой-командиром, закаленным в общих боях, а не хозяином, на которого они работают.