Мира была взволнована и с трудом владела собой. Она сознавала, что стремительно приближается к красной черте, за которой не будет возврата, но не могла ему отказать. Ею обуревали давно не испытуемые эмоции, смешанные с азартом узнавания и постижения новых чувств. Да и в глубине души она ещё надеялась нажать на тормоза и остановиться. Она набрала домашний телефон.

— Мама, меня подруга пригласила на день рождения. Покорми, пожалуйста, Давида и уложи его спать.

— Когда тебя ждать.

— Наверно, часам к одиннадцати.

— Ладно, пока.

«Вот я и соврала, — подумала Мира. — А что я могла ей сказать? Правду она бы не приняла. Господи, что я делаю?»

В условленное время он уже ждал её на выходе из кампуса. Она увидела его за металлической оградой в тусклом свете фонарей с сумкой на ремне, перекинутом через плечо. Мира прошла вертушку и направилась ему навстречу.

— В Рехавии есть неплохое место.

— Полагаюсь на твой выбор, Дани. Я в Иерусалиме ещё не освоилась.

Он открыл дверь «Форда», посадил её, потом сел сам. Мотор плавно и еле слышно заурчал. Они ехали молча, предчувствуя важный для каждого из них разговор. Дорога стремительным виражом привела их к высоким домам Вольфсона, потом погрузила в полумрак поросшей высокими деревьями улицы. Через несколько минут Дани остановил автомобиль, и они вошли в уютное кафе на пересечении двух улиц. Он предложил Мире выбрать место, и она осмотревшись, указала на столик в углу помещения.

— Тебе здесь нравится? — спросил Дани.

— Да.

— Тут недалеко резиденция премьер-министра. Место популярное среди молодёжи и иерусалимской богемы.

Подошла симпатичная девушка и положила на стол две брошюрки меню.

— Выбери себе, что хочешь. Я угощаю.

— Ладно. Тогда салмон и кофе с пирожным.

— А я с утра ничего не ел. Возьму шашлык с чипсами и греческий салат, от которого, думаю, ты тоже не откажешься.

Он сделал знак рукой. Девушка подошла и приняла заказ. Неяркий свет с потолка касался их лиц, располагая к откровенному разговору. Он смотрел на неё, а она ждала, затаив дыхание.

— Я хотел бы после нашей последней встречи перестать видеться с тобой, прервать общение, которое могло завести нас далеко. Но когда ты пришла искать меня на кафедре, я подумал, что это обязывает меня объясниться. А потом твои звонки.

— Наверное, я не должна так себя вести. Я замужняя женщина и у меня четырёхлетний сын.