Несмотря на конфликт с А. Крецяну, Михай Антонеску частично воспринял его более осторожный подход к политике на Балканах. Выступая в конце мая 1942 г. на административном совещании, посвященном вопросу о беженцах из Трансильвании, Михай Антонеску заявил, что он никогда не стремился «сделать Румынию балканской державой»[1196]. Именно в этом смысле следовало понимать и его меморандум от 23 апреля 1941 г. Этот меморандум, продолжал румынский министр иностранных дел, преследовал ограниченную цель попытаться «использовать балканский вопрос, в который Румыния могла вмешаться в связи с наличием многочисленных румын на Балканах, ради получения возможных компенсаций или в интересах политики равновесия, которую нам следует проводить». Румыния воздержится от «определения своей позиции политического или территориального характера до того момента, пока не прояснятся условия мирного урегулирования и территориальный порядок в регионе»[1197].

Таким образом, к концу весны 1942 г. в руководящих кругах румынской внешней политики сложился консенсус, согласно которому до окончания войны и установления послевоенных границ на Балканах этнические румыны должны оставаться в местах своего проживания на момент начала войны. Их продолжающееся присутствие в традиционных местах расселения должно было послужить дополнительным аргументом в пользу возможных территориальных требований Румынии на мирной конференции и против требований Болгарии и Венгрии. А после установления послевоенных территориальных соглашений эту массу этнических румын можно было использовать для этнической гомогенизации Румынии. Эта логика нашла отражение в пространном плане по обмену населением, составленном функционером министерства иностранных дел Василе Стойкой.

Василе Стойка родился в 1889 г. в румынском селе Авриг в Трансильвании, в крестьянской семье. Начав образование в венгерской школе и продолжив его в румынской гимназии, он затем поступил в Будапештский университет на отделение современных языков и литературы, которое успешно окончил. В 1913 г. он был назначен преподавателем литературы в одну из румынских гимназий. В 1914 г. он покинул Австро-Венгрию и перебрался в Румынию. После вступления Румынии в Великую войну В. Стойка отправился добровольцем на фронт, где был дважды ранен. Когда в январе 1918 г. начались переговоры о заключении сепаратного мира с державами Центрального блока, он отправился в Соединенные Штаты, чтобы организовать легион из румынских добровольцев для участия в войне против Австро-Венгрии на стороне Антанты, но не добился в этом деле успеха, поскольку лишь немногие румынские иммигранты в США откликнулись на его призыв. В. Стойка в качестве эксперта участвовал в Парижской мирной конференции и вскоре после этого пополнил ряды румынских дипломатов, начав успешную карьеру. После работы чиновником консульского отдела в Соединенных Штатах В. Стойка был назначен послом в Албании (1930–1932 гг.), Болгарии (1932–1936 гг.), Литве и Латвии (1936–1939 гг.), а затем Турции (1939–1940 гг.). В 1940 г. непродолжительное время он был генеральным секретарем министерства национальной пропаганды (под руководством Константина К. Джуреску) и в начале 1941 г. вернулся в министерство иностранных дел, где продолжал работать и во время войны в дипломатическом ранге полномочного посла[1198].