Хотя, как мы видим по статистике аппарата ЦК КПСС, число забастовок за 1980–1981 годы значительно, в восемь раз, сократилось относительно 1979 года, полностью искоренить это явление не удалось вплоть до перестройки. Самая продолжительная и брутальная забастовка 1970–1980-х, зафиксированная мемуаристами, продолжалась три дня в начале июля 1981 года на участке № 11 шахты им. Ворошилова производственного объединения «Прокопьевскуголь» в Кемеровской области. Ее причиной стало увольнение начальника участка, пользовавшегося уважением у рабочих. Она разбиралась с участием инструктора (1972–1982) Орготдела ЦК КПСС Степана Карнаухова, который вылетел на место и полез в шахту к бастующим, благо до партийных органов он прошел путь от наладчика оборудования до директора шахты. Результаты его поездки разбирались на собрании сотрудников отдела с участием главы — Ивана Капитонова[802].
Крупные протесты рабочих по социальным мотивам случались и в последующие годы. В 1984 году 300 строителей Саяно-Шушенской ГЭС подписали коллективное письмо с протестом против резко ухудшившегося после смены директора снабжения и плохого медицинского обслуживания. Печальное состояние дел на этой стройке, когда работники буквально голодали и жили за счет посылок родственников из крупных городов, зафиксировал в своем дневнике за 1982 год и Анатолий Черняев[803]. В результате приезда двух комиссий новый директор строительства был снят и заменен на прежнего, а статус снабжения («московское») восстановлен[804].
Дефицит рабочей силы и льготы
Дефицит рабочей силы и льготы
Гораздо более серьезной проблемой, нежели малочисленные забастовки, стала ощущаемая с конца 1960-х годов нарастающая нехватка промышленных и сельскохозяйственных рабочих. Еще в 1979 году в политических верхах рассматривалась записка (отложившаяся в бумагах Черненко) с говорящим названием «Проблема трудовых ресурсов и повышения производительности труда». В ней констатировалось резкое (в 3–4 раза) снижение количества трудовых ресурсов, поступающих на рынок труда в 11–12-й пятилетках по сравнению с 9-й (с 12,5 млн до прогнозируемых 2,5 млн). Особенно сложно с привлечением работников дела обстояли в наиболее тяжелых с точки зрения условий труда отраслях, которые одновременно были базовыми отраслями для развития всей промышленности (угольной, нефтегазовой, металлургической и химической). Этот тренд накладывался на очевидное (в целом двукратное) снижение темпов роста производительности труда за тот же период, что исключало возможность обойтись меньшими силами для поддержания ростов объема производства. В качестве мер по преодолению проблемы традиционно предлагалось сократить долю ручного труда в промышленности (40,1 %) и в строительстве (58,9 %) за счет ускорения механизации процессов, а также ограничить рост числа людей, занятых в «непроизводительной сфере», в том числе бюрократии, более целенаправленно использовать строительные войска для работы в действительно тяжелых условиях и привлечь к работе большее количество представителей стремительно увеличивающейся армии пенсионеров (40,1 млн, или 15,3 % населения)[805].