Впрочем, судя по тому, что в судьбе самого Шелепина, а также Семичастного, Егорычева, Месяцева и других ключевых членов группировки в период перестройки не произошло никаких позитивных изменений, Горбачев, Лигачев, Шеварднадзе и Яковлев действительно не считали себя (более) членами группы, негативно относились к ее лидерам, но использовали часть их идей и старые знакомства в этой среде. Причины такого разрыва отношений еще предстоит установить, но, возможно, дело действительно в сталинизме Шелепина и его ближнего круга.

Хотя развитие кооперации (как возможности для не слишком контролируемой государством индивидуальной или групповой мелкой предпринимательской деятельности) стало в 1986 году одной из стратегических задач, в первой половине года проходила очевидная борьба двух противоречивых идей — как развивать кооперативное движение и одновременно не допустить создания слоя «новых богатеев», живущих на нетрудовые доходы и легализующих средства, нажитые нечестным трудом[1161].

Можин пишет в мемуарах, что в экономический раздел доклада Горбачева на XXVII съезде КПСС 25 февраля 1986 года рабочей группе, состоящей из Медведева, Аганбегяна, Абалкина и его самого, удалось вставить идеи о необходимости переосмысления понятия собственности, снятия ограничений с кооперативной собственности, «преодоления предубеждений насчет товарно-денежных отношений»[1162].

Легализация товарно-денежных отношений и расширение сфер деятельности кооперативных структур в одной части доклада Горбачева фактически дезавуировались в других местах того же доклада обещаниями бороться с «нетрудовыми доходами».

Более того, еще 5 мая 1986 года ЦК КПСС принял решение «О мерах по усилению борьбы с нетрудовыми доходами». 15 мая постановление о борьбе с нетрудовыми доходами принял также Совет министров СССР[1163]. 23 мая 1986 года был принят специальный указ Президиума Верховного Совета СССР «Об усилении борьбы с извлечением нетрудовых доходов», имеющий силу закона[1164]. По нему «рецидивисты», занимающиеся запрещенным кустарным промыслом или использующие наемный труд, могли получить до пяти лет заключения, а рецидивисты, откармливающие скот печеным хлебом, купленным в торговле, — до двух лет. Прочим нарушителям закона грозили штрафы от 50 до 100 рублей.

Однако, по словам Горбачева, указы, нацеленные на борьбу с «расхитителями, взяточниками, вымогателями», «ударили на деле по слою работяг-индивидуалов, кустарям, мастеровым, мелким посредникам». Генсек это списывает на то, что «здесь проявилась позиция той части партийно-государственного аппарата, которая не принимала линию руководства»[1165], хотя он сам и его ближайший соратник Николай Рыжков эти документы подписали. Тем не менее, по словам Горбачева, увидев, куда развернулась эта кампания, они быстро стали выправлять ситуацию.