Он зевнул и спросил, который час. Было уже пять часов вечера. Сирак заволновался, что так долго проспал. Ведь в три он хотел поговорить с Себле.

— Мне жаль было будить тебя, — заметив его растерянность, сказала жена.

— Да, давно я не спал так, как сегодня.

Увидев, что он потрогал губу, Цегие сказала, что, хотя отечность еще не прошла, рана почти незаметна.

Сирак все еще не чувствовал себя отдохнувшим, ему хотелось спать, но Цегие принесла полную тарелку наперченного мяса с творогом и две бутылки холодного пива. Он съел все. Желудок был переполнен до того, что живот вздулся. Несмотря на икоту, Сирак тут же снова уснул и проспал спокойную ночь без сновидений.

Проснулся он в хорошем настроении, и первая мысль была о Себле. Он пришел к ней на работу веселым. Увидев Сирака, она не смогла скрыть свою радость.

— Где ты пропадал вчера? Целый день я трезвонила тебе по телефону. А ночью все прислушивалась, не воет ли гиена, которая тебя проглотила.

Он придвинул стул, сел рядом. Знакомый запах духов, как обычно, был очень сильным. Сегодня ее лоб показался ему более открытым, а лицо более узким. «Потому наверное, что волосы зачесаны наверх», — подумал Сирак. На Себле была белая в тонкую голубую полоску кофточка и синяя юбка.

Сирак стал рассказывать, почему исчез вчера. Объяснил, зачем поехал к Земене. Потом спросил Себле, как вел себя Земене вчера вечером и сегодня утром. Улыбка на лице Себле, которая только что так ярко сияла, погасла.

— Хорошо, — вымученно ответила она. — Вчера часов в пять он позвал меня прокатиться с ним по дороге в Дебре Зейт. Я даже испугалась. Доехав до церкви святого Иосифа, он свернул к кладбищу. Остановил машину и направился в тень акаций. Я пошла за ним. Спросила: «Разве кто-нибудь умер?» — «Да», — ответил он. «Кто?!» — испугалась я. «Земене… Нет больше Земене, которого ты знала раньше, — сказал он. — Я пришел сюда, чтобы его оплакать». Мне стало страшно. Уж не сошел ли он с ума? — подумала я. И тут он рассказал мне о вашем утреннем разговоре. Я от него тоже ничего не скрыла. «Ох, времена действительно изменились, — сказал он. — Мне кажется, я один остался такой. Во всем виноват я. Теперь нет больше прежнего Земене. Нас ждет другая, лучшая жизнь». Он плакал, просил у меня прощения. Думаю, что от души, — сказала Себле срывающимся голосом.

— Нет ничего неизменного на свете, — ответил Сирак.

Она молчала. Он тоже. Молчание поглотило их обоих. Они взглянули друг на друга. Ее глаза были полны слез.

— Так, значит, между нами все кончено, да? — спросила она. Слезы душили ее.