Бауэри постоянно преображался с помощью всё более смелых костюмов и макияжа для вылазок в ночные клубы (вроде открытого им самим Taboo – Мекки клабберов-эксгибиционистов середины 1980-х – или Smashing начала 1990-х), а еще он дважды участвовал в конкурсе красоты Эндрю Логана «Альтернативная Мисс мира». Другой сторной его деятельности было сотрудничество с постпанковской танцевальной труппой хореографа Майкла Кларка, для которой он создавал безумные костюмы с разнообразными прорезями в паху, страпонами (сейчас это отличительный знак арт-поповского «Театра конфронтации») и отверстиями на ягодицах. В 1988 году вышла знаменитая хореографическая постановка Кларка «I Am Curious, Orange» – живое выступление манчестерской постпанк-группы The Fall, во время которого Бауэри расхаживал по сцене театра «Сэдлерс-Уэллс» на десятидюймовых каблуках, размахивая бензопилой. Позднее в том же году он стал единственным экспонатом своей пятидневной выставки в лондонской галерее Энтони д’Оффе, где посетители, среди которых были светочи мира искусства вроде живописца Люсьена Фрейда, ежедневно в течение двух часов могли наблюдать через полупрозрачное зеркало за тем, как художник, сидя на диване, восхищается собой.

В начале 1990-х годов Бауэри был в центре всеобщего внимания, но денег это почти не приносило, так что организация группы была логичным решением (так же пришли к музыке COUM); в 1994 году Бауэ ри, его будущая жена Никола Бейтман и дизайнер-гитарист Ричард Торри впервые выступили как группа Minty в Smashing Live – «самом идиотском, ни на что не похожем, легендарнейшем» клубе Лондона. Майкл Брейсвелл описал в журнале Frieze некоторые характерные номера из выступления Minty:

Вот самый известный: Бауэри на сцене рожает покрытую кровью и экскрементами женщину [Бейтман], тут же блюет ей в рот и дает выпить стаканчик своей мочи. В другом номере Бауэри изображает копрофилию, его губы перемазаны, он поет: «Only the crumbliest, fakiest chocolate…» («Лишь самый рассыпчатый, хрумкий шоколад…»).

В сравнении с профессионализмом сегодняшних надежд музыкальной индустрии шокирующие инфантильные выступления Minty своим расчетом на раздражение публики выглядят чудаковатыми и даже наивно-идеалистическими. Сколь бы ни были отталкивающими выходки Бауэри и компании, в них не было того цинизма, который вскоре проявится в тщащемся свинговать лондонском брит-попе, а широкие улыбки перформеров быстро приводили в себя ужаснувшуюся было публику.