Элен быстро оценила ситуацию и заявила, что справится со всеми мелочами, которые нельзя оставить на Сэма Бернштейна. Прежде всего она спросила, где будем жить мы с Грейс.

— Минуточку! Ты едешь с нами! — выпалила я.

— Я не могу, — покачала головой Элен. — Мы с Эдди восстанавливаем наш номер.

Я повернулась к мужчинам.

— У вас не может быть полной восточной темы без «Танцующих китайских влюбленных».

— Я о них не слышал! — прорычал Том.

— Так позвоните Чарли Лоу из «Запретного города», — сказала Грейс.

Но Том уперся.

— У нас уже есть комедийный дуэт, отец и сын, — сказал он. — И больше семейных артистов мне не нужно. Это ночной клуб. Люди ходят в ночной клуб не для того, чтобы посмотреть на мужей и жен.

— Они танцуют не как муж и жена, — заверила я его.

— Он слишком долго не выступал, — упрямился Ли.

— Так он же был на войне! — воскликнула Грейс. — Где ваш патриотизм?

— Дорогие Ли и Том! — заявила я. — Если вы не пригласите Элен и Эдди в Нью-Йорк, то и мы с Грейс не поедем.

Мужчины переглянулись. Неужели мы позволяем себе такое? ДА!

— Ладно, — вздохнул Том. — Мы поговорим о них с Чарли. И если решим их взять, позвоним Сэму, чтобы обсудить финансовую сторону вопроса.

Сэм выторговал по тысяче долларов для Принцессы Тай и Восточной Танцовщицы, а «Китайские танцующие влюбленные» получили ставку в семьсот пятьдесят долларов. Мы будем купаться в роскоши. Ах да, и никакого Джорджа Лью не будет. Грейс все еще точила на него зуб и не желала работать с ним в одной команде. Я не возражала.

Я запретила себе думать о том, кто же меня сдал. Это позволяло мне не задавать вопросов, не обижаться, не обвинять и зарабатывать по тысяче долларов в неделю.

Нью-Йорк — обитель звезд. И впереди еще более яркое будущее.

Мы прибыли в Нью-Йорк 11 сентября, за семь недель до большого открытия «Китайских куколок». Нас поселили в номер с тремя спальнями и общей маленькой гостиной в отеле «Виктория», на углу Пятьдесят пятой и Седьмой улиц. Ли Мортимер познакомил нас с Кларком Гейблом, Ноэлом Кауардом, Хейди Ламар, Линой Хорн, Бетти Грейбл и Джином Келли. Мы слушали, как оркестры играли «Бразилию», «Как хорошо к тебе возвращаться домой», «Старую черную магию» и «Авалон». Мы видели Милтона Берла, который, по слухам, зарабатывал по десять тысяч долларов за выход, Дэнни Томаса, милейшего парня, и Джимми Дюрана. Мы танцевали исключительно ради собственного удовольствия и показывали этим городским штучкам, как надо веселиться.

А как мы наряжались! Мы бегали по магазинам будто сумасшедшие, выбрасывали свои платья с тропическим рисунком и меняли их на утонченные городские наряды.