— Это Ли Мортимер! — взвизгнула я от радости. — Это он помог мне выбраться из лагеря!

Ли выглядел как обычно: высокий лоб, белоснежные зубы и сигарета, с легкой небрежностью зажатая между указательным и средним пальцами. Рядом с ним сидел некий ирландец, больше похожий на обезьяну, чем на мужчину, с наполовину разжеванной сигарой в зубах. Его звали Том Болл.

— Я хотел познакомить тебя с Томом, Руби, — сказал Ли, продолжавший выступать в роли доброго самаритянина. — И, разумеется, с Восточной Танцовщицей тоже…

— Шоу-бизнес — особая сфера, — перебила я, не давая ему увлечься разговором с Грейс. — Сейчас ты наверху. — И я медленно подняла ногу над головой так, что подол моего платья поднялся почти до паха. Позже Ли опишет это движение как «вверх к небесам». — А в следующее мгновение — в самом низу, — промурлыкала я, опуская ногу в золотистой атласной босоножке на высоченном каблуке. Это мне доподлинно известно, милый. Моя карьера — сплошные американские горки.

Да, даже после всего, что мы вместе пережили, я все равно хотела перещеголять Грейс.

Ли с трудом проглотил ком в горле.

— Девочки, вы достаточно долго пробыли в Майами, — выдавил он наконец. — Теперь вы готовы для Нью-Йорка, а Нью-Йорк готов для вас. Вот Том открывает клуб «Китайские куколки», и мы приехали сюда, чтобы переманить вас.

Я выпрямилась. Вернуться в Нью-Йорк? Наконец-то!

— Мы хотим построить целую программу вокруг вас двоих, — добавил Том зубодробительным голосом. — И назвать ее «Скандал с узкими глазами». Это будет самое крупное, самое дорогое и самое сложное восточное шоу, которое спокойно выдержит сравнение с любым белым шоу на Бродвее. Открываемся через восемь недель.

Грейс сделала знак официанту, что-то шепнула ему на ухо, затем подвинула свой стул чуть ближе к Тому.

— Кто еще у вас есть?

— Мы заручились согласием Кея Люка, старшего сына Чарли Чена. Он будет конферансье.

Мы с Грейс приподняли брови. Старший сын Чарли Чена? Как пошло! Как избито!

— Кстати, он великолепно поет, — сказал Том. — Я набираю лучших из лучших. — Он также вел переговоры с сестрами Лим, «Веселым Маджонгом», Бернис Чоу, Джорджем Лью и дуэтом «Минг и Линг».

— Мы уже выступали со всеми ними, — пожала плечом Грейс. — Вы говорите об этом так, словно они — обыкновенные восточные артисты средней руки.

Она могла быть довольно умной и даже нахальной и сейчас засыпала его вопросами, но я уже видела, что она хотела в Нью-Йорк не меньше меня. Она тянула время, пока не появилась Элен.

— Вот и Элен, наш менеджер. Давайте послушаем, что она скажет.