— Санта обязательно нас отыщет и войдет через это окно.

В ту ночь Томми спал со мной и Грейс, чтобы супруги могли провести немного времени наедине и наговориться.

На следующее утро Элен распахнула нашу дверь и воскликнула:

— С Рождеством!

Эдди преподнес нам французские духи, шелковые шарфики от Гермеса и мягчайшие лайковые перчатки. Мы с Грейс и Элен вместе ходили по магазинам, поэтому не были удивлены подаркам друг от друга: соломенные сумочки, украшенные аппликациями с изображением цветов и фруктов, серьги, браслеты. Время экономии было позади: мы тратили, сколько хотели, и носили пышные яркие юбки.

Мы с Грейс подарили Эдди шорты для купания, панаму и сандалии, необходимые в Майами, Элен — стильный фрак.

— Чтобы ты снова начал танцевать!

Эдди долго смотрел на него, прежде чем примерить.

Томми в этом году тоже очень повезло. Мама и тетушки подарили ему одежду, раскраски и игрушечные машинки. Эдди же привез ему из Франции старинных оловянных солдатиков, чтобы было с чем играть, пока родители выступают. Томми, преодолев первоначальное смущение, забрался к Эдди на колени и объявил, что это Рождество — «лучшее в жизни». Мне показалось, что Эдди вот-вот расплачется.

В клубе, пока Элен возилась с Томми в гримерной, Эдди станцевал с посетителями болеро, танго и румбу, стараясь вернуть себе танцевальную форму. Вскоре они с Элен стали оставаться после представлений, чтобы порепетировать старые номера и поставить новые. Хоть их брак и нельзя было назвать традиционным, но они любили друг друга и всегда были великолепными танцевальными партнерами.

Эдди был трезв и в хорошей физической форме, но мы с Грейс слышали, как он бродил всю ночь по гостиной. Утром Элен, Эдди и Томми выходили из своей спальни с измученным видом. Элен рассказывала, что Эдди часто просыпался от дрожи и мокрый от пота. Он был очень нервным, морщился от всякого громкого звука. К этому времени все мы — и я, и мои друзья — хлебнули горя. Нас исцелило время, любовь и дружеская поддержка. Я очень надеялась, что с Эдди будет то же самое, и его напряжение в конце концов пройдет.

В феврале 1946 года мы с Грейс возглавили шоу в Латинском квартале в Майами. Как-то после второго выхода к нам в гримерную пришел менеджер и сказал, что нас хотят видеть двое мужчин за десятым столиком — лучшим столиком заведения. Мы с Грейс надели платья, подправили прически и макияж и пошли смотреть, кто же это был. Когда я шла между столами в блестящем платье, я ощущала себя подвижной, как ртуть. Кожа моя матово поблескивала, а гардении удерживала на месте заколка из горного хрусталя.