Позже, вечером того же дня, мы попрощались с дуэтом «Минг и Линг», а потом проводили Джека, Ирен и детей на железнодорожный вокзал. Через час сели в поезд, идущий на Юг.

В Майами мы нашли чудесный отель прямо на побережье и поселились в хорошем номере с двумя отдельными спальнями и общей гостиной. Мы заказали обслуживание в номер и поклялись себе провести это время как можно спокойнее.

После обеда мы пошли на пляж и сидели под зонтиком, глядя на океан и давая Руби возможность успокоиться и смириться с утратой. Томми играл в песке. Шелест пальмовых листьев успокаивал и помогал нам исцеляться.

Через несколько дней Германия капитулировала. Оставалось лишь закончить дела с Японией. Сколько же времени уйдет на это?

Я начала планировать наше будущее. Возможно, неудача привела нас в Майами, но, как выяснилось позже, там мы нашли свою удачу.

После месяца отдыха Сэм устроил Грейс и Руби в программу «Приливная волна Винни». В вечер премьеры выяснилось, что в зале присутствует каучуковый король из Сингапура. Выступая с веерами, Руби эффектно взмахивала ими, оставляя скрытым то, что должно быть скрыто, но потом откинула всякое смущение — вместе с веерами. Она стояла на сцене, совершенно не стесняясь своей наготы, прикрытой лишь голубоватым свечением прожектора и крохотным шелковым лоскутком. Каучуковый король устроил для нас вечеринку.

Клуб «Бали» нанял Руби и Грейс сразу после «Приливной волны», а Сэм добился им ощутимой прибавки к жалованью. Руби и мне стала платить больше. Через шесть недель нас пригласили на выступление в «Колониал Инн». Каучуковый король купил Руби шубу из белого горностая, которая стоила не одну тысячу долларов. Он дарил ей бриллианты и, конечно, рубины. На одной из его машин — довоенном мятно-зеленом кадиллаке с откидным верхом и белыми колесами — ездила теперь Руби.

Томми целыми днями играл на пляже. Дела шли так хорошо, что мы решили устроить себе отпуск на лето и пожить у каучукового короля в его особняке в Коралл-Гейблз, в это время во Флориде было очень тихо.

Для меня большим облегчением было видеть Руби такой счастливой. Была ли она влюблена? Трудно сказать, но она точно стала такой же, как прежде, — смешливой, разговорчивой. Мы ленились, танцевали на вечеринках, ходили по магазинам и пили ледяные «Дайкири».

В конце первой недели августа Соединенные Штаты сбросили бомбы на Хиросиму и Нагасаки. Мы рассматривали фотографии грибоподобных облаков со смешанным чувством восторга и ужаса. Я думала, что япошки заслужили то, что получили, но при Руби этого не говорила.