Помнится, после нападения на Перл-Харбор я сказала то же самое Элен, но тогда Грейс меня перебила. Теперь я сделала то же самое.

— Элен сказала, что нам лучше будет присматривать за тобой. Держи врагов ближе к себе…

— Правильно это звучит так: «Знай врага своего, знай себя, и ты выиграешь сотню сражений», — пробормотала Элен.

Элен раздражала меня до скрежета зубовного. Почему она не вставала на мою защиту? Да и черт с ней!

Словно в подтверждение моих мыслей, Грейс снова заговорила со мной, а не с ней.

— Я не сдавала тебя. Ты моя подруга…

— Ты была готова на что угодно, только бы получить мою роль! — Я впилась взглядом в ее глаза. — Ты же не станешь это отрицать?

— Но это не значит, что именно я тебя сдала.

— Тогда кто это сделал?

— Это мог быть кто угодно, — ответила она. — Может быть, Ида.

— Конечно, сваливай вину на мертвую японку! — Я вздернула подбородок. — Я же не дура.

— Чарли, — попробовала она снова дрожащим голосом.

— Ну да! Чарли сам своими же руками лишил себя курицы, несущей золотые яйца.

— Чего ты от меня хочешь? Чтобы я составила список всех людей, с кем мы тогда были знакомы? Это же мог быть кто угодно…

— Это была ты!

Между нами повисла гнетущая тишина. Я не собиралась отступаться, и она тоже. Вдруг раздался тихий и странно властный голос.

— Ты предательница, Грейс, — произнесла Элен, все еще сидя на полу. — Я поехала в Лос-Анджелес, чтобы разыскать тебя. Я жила с тобой в этом отвратительном общежитии. Но когда мы вернулись в Сан-Франциско, ты тут же переехала к Руби.

А вот с этим обвинением Грейс с готовностью согласилась.

— Я хотела забыть о прошлом и жить дальше.

— Ты выбрала Руби. И полностью отстранилась от меня. У меня был ребенок, но ты даже не приходила в гости, чтобы меня навестить.