— Тогда мы будем танцевать бокс-степ.

— Если мы поженимся, никто из нас не сможет больше никуда убежать. Ни эмоционально, ни как-нибудь иначе. — Он постучал костяшками пальцев по протезу.

И я увидела, как он уязвим. Сейчас он говорил мне, что готов к тому, что нам предстоит, но хочет, чтобы и я была готова тоже.

— Я люблю тебя, Джо. И всегда любила.

Он замолчал, а потом ответил:

— Я не смогу подарить тебе луну, Грейс, но мы можем быть счастливы…

Прямо как в кино!

— Давай сбежим отсюда? Без оглядки?

И он просвистел вступительные аккорды к новому хиту Кея Кайсера: «Хотел бы усадить тебя на корабль до Китая, и чтобы кроме нас там никого не было».

— Пошли отсюда, прямо сейчас. Не надо сборов и прощаний. Мы просто выйдем отсюда и уедем в Сан-Франциско. Я пойду в Стэнфорд или вернусь в Беркли.

В этот момент я поняла, что наконец-то мне досталось главное сокровище жизни, о котором я мечтала, — любовь. Я так его любила, что была готова на любые испытания. Я поняла, что любила этого человека больше собственной жизни. Однако настал момент, когда две самые большие ценности, о которых я мечтала так долго, — любовь и известность, — столкнулись и грозят друг другу помешать. А я не была готова жертвовать одной из них ради другой.

— У меня не было возможности рассказать тебе этим утром, но Руби, я и Элен завтра выступаем на телевизионном шоу. И сейчас я не могу сбежать. Я не могу подвести их.

Его глаза горели разочарованием. Я попыталась объяснить:

— Понимаешь, они мои подруги…

— И тебе важно то, что ты делаешь.

Я склонила голову и кивнула. Но почему я должна стыдиться того, что хочу воспользоваться величайшей возможностью, предоставленной мне жизнью?

Я встала, открыла сумочку и протянула Джо билет на завтрашнее шоу.

— Надеюсь, что ты придешь.

Он молча смотрел на билет. Потом наконец поднял глаза на меня. То, что я в них увидела, было искренним и живым. Он был счастлив за меня.

— Я не пропущу этого ни за что на свете.