Медитация от латинского и французского medatitation – буквально задумчивость. Есть, следовательно, западный и восточный типы медитации. Декарт предлагает с самого начала – западный тип «задумчивости» и последовательно его проводит. Медитация – это и есть Логос, вернее состояние Логоса. Точно по западному, Декарт предлагает начать медитировать: закрыть глаза, заткнуть уши… Для восточного, то есть, эзотерического типа, для начала медитирования, этого не требуется. Нужно просто прислушаться к Вселенской тишине, разлитой вокруг нас во всем Мире, на фоне которой исчезнут, растворятся в ней все звуки, даже удары грома и пушек! Пьера Безухова, когда вели пленного, вдруг охватило это состояние Вселенской тишины. Можно, конечно, и при восточном типе медитирования помогать себе в начале: монотонно повторять одно бессмысленное слово «Ом», или созерцать свой пуп.

Это не все. Декарт подчеркивал, что медитация неотрывна и для субъекта от его мышления. Восточная медитация с самого начала порывает с мышлением, и входит в «чистое сознание»: «Исчезло все, и Я осиротело». Или: «и мысль осиротела?» В том, кто «осиротел», «Я» или «мысль» – вся, собственно, разница между восточной и западной медитацией! Но – какая разница! «Один, в себя, как бездну погружен. И нет той бездне ни начала, ни предела!»

Эдмунд Гуссерль не понял картезианских медитаций. Он «очищал» не мышление (как по Декарту), а сознание, вынося за его скобки субъективности все ее содержание. В том числе, что ей имманентно и перманентно принадлежит, даже в Общей психопатологии! Декарт не описывает, как меняется состояние субъекта, по мере его медитирования. У Гуссерля этого тоже нет. Эзотерическая медитация – это девять кругов погружения в себя (восхождения) Декартовская медитация идет по кругу аксиомо-дедуктивной системы мышления. Эзотерическая медитация идет по спирали. По «лестнице» Фибоначчи! Весьма интересно, откуда у В. И. Ленина эзотерическое представление о мышлении, образом которого вождь считал спираль?

В медитировании, после процедуры очищения, Декарт весьма быстро натыкается на два «предмета», которые и не пытается убрать из своего внутреннего мира: на Бога и протяженную Материю. Эзотерическая медитация, как известно, очищает Дух до абсолютной чистоты и солнечного света. Будда есть просветленный; но он есть и счастливый! Кант, тоже, в конце концов, в «Критике практического Разума» делает субъекта счастливым. Ибо, кантовский субъект познает Высшее благо. Эзотерический субъект тоже в поисках наивысшего блаженства. Самадхи – это награда за последовательность на пути просветления. Самниазин, человек, который на пути к просветлению, отрясает все привязанности к Миру, ищет Высшее Существо, как и Декарт. Но, в тот самый последний момент, на девятом круге, и будучи в состоянии самадхи (а для внешнего наблюдателя – в агонии, эзотерический субъект неожиданно для себя обнаруживает, что тот, кого он искал есть он Сам: tat twam azi. Не только Гуссерль, но К. Юнг не понял ни Декарта, ни эзотерику! Ибо, как говорят сейчас невежды, у них обоих был «западный менталитет».