Читая этот текст, Горенов всегда то кивал, то качал головой. В сумме получался знак безоговорочного согласия. Уже за то, что Миша показал ему «Молитву», Георгий был в долгу. А сколько всего ещё… Правда, томик давно не попадался на глаза, и это неизбежно возвращало к вопросу: существовал ли Миша на самом деле?

Внезапно раздался звонок в дверь. Горенов сгрёб с полки горсть монет – там набралось немало, больше двухсот рублей – и пошёл открывать соседу, который, похоже, совершенствовал свой талант появляться в самый неподходящий момент.

– Макарыч, я хочу тебе сказать: завязывай с этим… – начал Георгий, сердито нахмурившись, но вдруг замер от неожиданности.

– Жизнь настолько сложная штука, что хотеть чего-то – это уже наглость. Мы путаемся загоняем себя в тупик нашими желаниями добиться того или другого, причём как можно скорее, намного раньше положенного срока. Пусть всё идёт своим чередом, – застенчиво произнёс Борис.

– Не, а чо я-то, – возмутился Макарыч, стоявший на лестничной клетке и ковырявшийся в замке собственной двери. – Совсем ты с ума посходил… На людей уже кидаешься, как собака… То тебе не так, это не этак. Нехорошо… Мирно надо как-то стараться… – Сосед покачал головой и побрёл вниз по лестнице, забыв то ли закрыть, то ли открыть свою квартиру.

– А почему ты в моей куртке? – спросил Горенов довольно спокойно. Он вовсе не пытался скрыть удивление, но просто чего-то примерно такого сегодня и ожидал. Потому кроме совпадения одежды, в сущности, поразительного более ничего не было.

– Это не твоя… Лена подсказала, где купить. Она же тебе её нашла.

Георгий рефлекторно бросил взгляд в сторону вешалки и обнаружил там такую же.

– Лена?

– Да… Она у меня сейчас… живёт…

Вот это было неожиданно.

– Не волнуйся, я потому и пришёл… Во-первых, ты должен знать. А во-вторых… Ты меня внутрь пригласишь?

Горенов отошёл и жестом разрешил Борису войти. Когда тот снял куртку, под ней обнаружилась рубашка, очень похожая на ту, которую отцу когда-то купила дочь. Знакомыми казались и штаны.

Гость заметил удивлённый взгляд хозяина.

– Да это всё Лена… – он чуть ли не оправдывался. – Знаешь, я подумал, если бы мы с тобой были героями какого-то романа, то автору стоило бы сделать, что мы – как бы один человек.

– Может, так оно и есть, – начал Георгий зло. – Вот дочь моя живёт же не со мной, а с тобой. Одежду тебе покупает… а не мне.

– Ну, покупаю, положим, я сам. Она только выбирала, поскольку решила, что я хожу в обносках.

– Видишь, мне она то же самое сказала, когда приехала.

– Вот именно… – улыбнулся Борис, но сразу снова стал серьезным. – Мне, честно, иногда кажется, будто я и ты – не полноценные люди, а какие-то детали, запасные части, абстракции… Но если нас сложить вместе, то может получиться что-то похожее на целого, настоящего человека. А так мы – суть разные, почти противоположные проявления одного и того же.