Начинать заплыв лучше, загребая руками синхронно. Кто умеет – спортивным брассом. Другие – любительски, как придётся, не погружая головы. Можно по-собачьи. Такая техника совершенно не утомительна и в отсутствие волн позволяет плыть почти бесконечно. Впрочем, это «почти» так мало в тесны рамках бытия. А вот недалеко от цели рекомендуется переключиться на стремительный кроль. Этот царственный размашистый стиль очень подходит для заключительного рывка, позволяя не болтаться долго на волнах возле острова.

Но какое же удовольствие измождённым вылезти, наконец, на далёкий суверенный клочок суши, выхваченный у воды, куда от века обращали свои последние надежды на спасение погибающие пираты, а также благородные мореплаватели. И пусть они стремились сюда с другой стороны, из бескрайней безжалостной стихии, но… ведь стремились наверняка! Подтверждением тому может послужить маленькая церковь, стоящая прямо на острове. Тогда, вероятно, к нему тянулись ещё и паломники. В таком случае цель пловца – это проверенный эпохами путь многих.

Впрочем выползая из воды без сил, нет никаких мыслей или эмоций, связанных со спасением других людей. Куда сильнее своя собственная радость достигшего, выжившего… Прошлый раз Горенов ярко переживал это, добравшись до острова Святой Недели у города Петровац в Черногории. Казалось бы, расстояние там совсем невелико, меньше километра, он сам не понял, почему оно далось ему с таким трудом. Растерял форму? Давно не плавал? Они тогда ездили отдыхать ещё с Надей и Леной. Петербургская семья на море.

Тот остров как раз был увенчан удивительной маленькой часовенкой грубой каменной кладки, вписанной так, будто она – часть скалы. Принципы угловатой, скупой архитектуры в данном случае казались полностью оправданными. Наверху висел небольшой колокол, как бы не для людей, в нём шумел ветер, издавая удивительный свистящий гул. Стоило встать спиной к церкви, отвернувшись от берега и посмотреть вдаль, как возникало ощущение, будто Бог пока создал лишь этот маленький кусок тверди и ничего более. Только редкую, крошечную часть суши, прекрасную в ничуть не меньшей степени, чем море.

Когда попадаешь в такие места, трудно, почти невозможно отделаться от острой потребности совершить что-то особенное. Человека переполняет ощущение большого и удивительного счастья находиться здесь, причём именно сейчас, в этот прекрасный момент, который почему-то кажется значительно лучше всех других времён. Но что именно сделать? Какой ритуал или акт? Как соответствовать окружающему ветреному величию и красоте? Нет идей… Горенов огляделся. Можно лишь забрать монетку, которую кто-то положил в окно часовни. Что, в сущности, ещё под силу голому и мокрому человеку в одних плавках на каменном острове? Ему нечего дать, он может только взять. Украсть… Украсть у Бога – это особенный жест? Исключительный ритуал?