Районная газета в 1969 году, помимо этих специальных областных репортажей, посвятила несколько страниц заявлению советского правительства о Китае, интервью с участниками событий, а также сообщениям о советском возмездии 15 марта. Были также опубликованы фоторепортажи агентства ТАСС о пограничниках на Уссури и об участвовавших в сражениях солдатах и пограничниках из Читинской области, некоторые из которых были впоследствии посмертно награждены[832]. Публикуя свидетельства очевидцев, газета напоминала читателям о советско-китайском конфликте 1929 года и подчеркивала героическую борьбу Красной армии за КВЖД[833].

Однако с 1970 года Китай стал упоминаться в местной газете, лишь когда Москва ожидала новых актов агрессии со стороны Пекина вдоль границы, получала информацию о новых антисоветских выступлениях в Китае или сообщала о китайских внутренних политических сложностях или горестях китайского народа[834]. Кроме отчетов о китайской политике в государственной прессе в период конфликта, советские жители приграничья получали удивительно мало информации о самом Китае. Это сильно отличалось от характера информирования населения до конца 1950-х годов, когда официальные отношения между Пекином и Москвой были добросердечными. В главе 6 мы проанализировали статью местной газеты «Ленинский путь» 1959 года, в которой описывалась дружная совместная работа советских и китайских железнодорожников на приграничных станциях Забайкальск и Маньчжурия[835]. Уже тогда формулировки были клишированными и грубыми. Однако описания, использованные в повествовании, были яркими и конкретными. Люди в нем, как героиня Раиса Алексеевна Кузнецова, обладали именами, места на обеих сторонах границы имели конкретные названия[836]. Читатель мог узнать эти места, а возможно даже некоторых людей. Эта статья оказалась одной из последних, в которой описывались непосредственные отношения между советскими и китайскими гражданами пограничья, а г. Маньчжурия упоминался под своим именем. Станции Забайкальск и Маньчжурия располагались на расстоянии только десяти километров друг от друга, и из одного поселения можно было увидеть другое, однако в течение двадцати шести лет советская региональная пресса воздерживалась от упоминания ст. Маньчжурия и других мест, расположенных в китайском приграничном регионе.

Только летом 1986 года, когда исчезло идеологическое соперничество как основной двигатель советско-китайского напряжения, новые интересы Пекина и Москвы подтолкнули оба режима к нормализации двусторонних отношений, и местные межграничные контакты постепенно возобновились, а в региональных публикациях на советском пограничье Китай вновь начал упоминаться в положительном свете. Сначала в общих репортажах, посвященных возобновлению работы обществ дружбы и обмену делегациями в июле 1986 года[837]. Спустя полтора месяца в публикации о визите делегации из четырех человек из маньчжурского Китайско-советского общества дружбы в Забайкальский район. Эта заметка была короткой, язык сохранялся деловой, но редакторы поместили фотографию совместной советско-китайской делегации[838].