Ботинки стояли под стулом. Под углом сорок пять градусов один к другому.

Бледный ночной свет пробивался сквозь жалюзи. Два тела на простыне. Одежда на стуле.

Но пора уходить, и вот он уже стоит у ее подъезда и вдыхает зимний ночной воздух. Загораживает рукой пламя зажигалки, зевает и поднимает воротник.

Потом отправляется в путь.

Домой.

Дом далеко, в ночной темноте.

Только шаги Ханса, легко поскрипывающие по снегу, тревожат тишину ночи.

Но у ночи есть глаза.

Глаза, которые следят за ним.

Глаза, которые наблюдают, которые видят, как он идет домой. Домой.

60

Он бросился бежать. Он бежал изо всей мочи.

Проклятие...

Он бил... бил...

Но вдруг услышал, что кто-то идет. Кто-то может увидеть.

Поэтому он бросился бежать. Со всех ног.