Элг кивнул.

Позже все они сидели за столом Стура.

Элг, Карлссон, Валл, Маттиассон.

— Три дня, — вздохнул Карлссон. — А ничего существенного мы не раскопали.

— У нас есть протокол вскрытия от Фрице из Лунда, — сказал Стур, вынимая из коричневого конверта пачку бумаг. — Там сказано, что она была избита до смерти.

— До смерти? Без единого удара ногой? — удивился Карлссон.

— По-видимому, так.

— Обычно, если уж бьют, то бьют и ногами.

— Здесь, очевидно, только кулаками.

— Здоровенный, видать, был, сволочь, — сказал Маттиассон.

— А ей всего двадцать семь, — продолжал Стур. — Жила одна в двухкомнатной квартире на Скугсвеген. Работала мужским парикмахером. Физических дефектов, болезней не имела. Шрам от операции по поводу аппендицита. Не была девицей. Обнаружены следы спермы...

— Только этого недоставало, — вздохнул Маттиассон. — А не мог этот Фрице сказать, много ли их было, которые имели с ней дело?

— По-видимому, только один. Но все это нам ничего не дает. Может, у кого из вас есть новые сведения?

— Позвольте мне внести свою лепту, — сказал Элг. — Я разговаривал с ее соседями по дому. По ночам у нее частенько бывали мужчины. Они чередовались, но одни и те же лица появлялись регулярно, через определенные промежутки.

— А по вечерам захаживали и другие? — спросил Валл.

— Вполне вероятно.

— Сколько же их бывало у нее? — спросил Стур.

— За раз?

— Очень остроумно, — сказал Карлссон.

— Трудно подсчитать, — улыбнулся Элг. — Постоянных — человек пять, шесть. Может, больше.