— Какая же?

Но Карлссон молчал.

— Так в чем дело? — нетерпеливо спросил Маттиассон.

Карлссон положил донесения на стол.

— Вот все двенадцать рапортов. Здесь, на столе.

— Ну и что? — спросил Маттиассон, начиная подозревать, что Валентин немножко тронулся.

— А вот что: меня вдруг осенило, что все жертвы нападения — отцы мальчишек, попавшихся на взломах квартир, кражах и ограблениях.

— Вот как?

Маттиассон вдруг оживился, встал, подошел и тоже заглянул в бумаги.

— Здо́рово, — сказал он, потирая подбородок. — Что бы это означало?

— Спроси что-нибудь полегче.

— Как успехи? — поинтересовался Элг.

— Дохлый номер, — сказал Валл. — Взбеситься можно, сидя тут и названивая.

— Куда-нибудь дозвонился?

— Да. К ее отцу в Боксхольм, ее дяде в Иёнчёпинг и племяннику в Людвик.

— И все?

— Все! Сколько номеров, по-твоему, можно обзвонить за раз?

— Давай поделим, — предложил Элг. — Я возьму половину. Слушай, да ведь можно выяснить имена по местному телефонному справочнику.

— Как это?