На несколько секунд она замерла от изумления. Глаза широко раскрылись. Наконец ее пронзительный голос словно рассек пространство:

– Но это, же ложь! Это же вранье! Петр же все рассказал! Он же предупредил тебя!

Алексей засуетился, поспешил возражать:

– Что? Что он мне рассказал? Что ты, вообще, понимаешь? Откуда мне знать, сколько правды в его словах? Все…слышишь, все в этом мире денег работают только на себя! И Петр. С чего ты взяла, что он из другого теста? Ведь это он подставил нас под удар! А если б я тогда не спровадил его? Что было бы, сейчас? Петр – ангелочек? Что ты можешь о нем знать? Деньги что у него в руках благочестивыми деяньями не заработаешь! Причем же, здесь, мы?! Ты можешь себе представить, что могло бы случиться сегодня? По его вине!

– Ну, так что ж, наконец, случилось? Чем кончилось?

– Ничем, – отводя в сторону воловьи глаза, невнятно произнес Алексей.

– Как ничем? Они спрашивали о нем и просто так ушли? Ты им рассказал, где он? – Света схватила мужа за плечо и с надеждой, безуспешно, пыталась поймать его взгляд.

Тот, беспомощно отворачивался, потом сдался:

– Да, сказал! Что было делать? Иначе они бы ворвались в дом! Ты не знаешь что это за люди. От нас бы мокрого места не осталась. Ни от тебя, ни от меня, ни от мамы!!! Почему из-за одного прохвоста должна погибнуть ни в чем неповинная семья?!

Она медленно, с разочарованием, почти призрением убрала руку с его плеча. Встала, отошла к окну.

– Ну? Что ты замолчала? – Алексея встревожила затянувшаяся тишина. – Теперь, ты все знаешь. Тебе стало легче? Ты довольна?

– Довольная ли я? – Света не повернула головы, голос ее звучал сдавленно. – Могу ли я быть довольна тем, что мой муж трус?… Ты сказал адрес. Теперь их найдут. Что с ними будет. Запомни, все, что произойдет страшного, ужасного, теперь будет и на твоей совести. Господи! – Света подняла ладони к лицу. – Пошли им телеграмму! – вдруг вскрикнула она. Передай им, чтобы бежали, прятались!

– Успокойся! Я не знаю точного адреса Адама. Знаю только, что в местной школе работает. Ничего слать туда не буду. Это вряд ли поможет, а самое главное, слишком опасно. Они вернуться, эти бандюганы. Они так сказали. И тогда, если не отыщут, там, Адама, – нам крышка. Все. Это все. Я не хочу играть в эти игры. Не хочу отдуваться за него. Если он украл или еще что, пусть сам с ними и разговаривает.

– Но как ты можешь? Ты же не веришь, что Петр украл! Я никогда в это не поверю! Разве стал бы он так рисковать? Своей жизнью, жизнью этой девочки!

– Но ведь рискует же! Еще и нас под удар поставить не постеснялся! Пошел он к дьяволу! Воры, бандиты! Черт ногу сломит! Заполонили всю страну. Сплошная малина, а не город! И я выходит, должен жить по их правилам и понятиям? А вот я – не хочу! Не хочу и не буду!