И не зря. Оттуда, на него уставился ошарашенный и напуганный Горелый. Они недолго любовались друг другом. В следующую секунду, Горелый выкинул руку вперед. Три оглушительных выстрела эхом прокатились по долине. Мужчина упал, как подкошенный. Бледнее белого, бандит стоял посреди троих распростертых на земле тел. Все они, еще сегодня, были полны сил и воли к жизни. В свете фар облик Горелого смотрелся поистине инфернально. И без того хищные черты его лица обострились. В холодных бесцветных глазах отражалась злоба и пустота. Как дитя ночи, он воплощал в себе все ее кошмары и злодеяния. Как один из них, он оставался закрытым для понимания людей, привыкших искать утешение в любви и человеческом тепле. Сам он мог внушать людям только страх и отвращение.

Бандит выключил фары и вернулся в дом. Петр, привязанный к спинке кровати, с любопытством посмотрел на своего мучителя. Он слегка ослабил путы, но выбраться, все-таки не удалось.

– Что-то стряслось?

– Калиныча, какой-то мудак пришил… Ну, а мне, пришлось мокнуть этого мудака… Не иначе, Ксюша твоя драгоценная настучала.

– Этого быть не может. Наверное, случайность. Тебе надо уходить.

– Уходить, говоришь? А за Калину кто ответит? Ты не хочешь?

– Я здесь не причем. Да и человека этого ты убил уже. Езжай, лучше, пока не поздно. Если б кто, что прознал, сюда б менты нагрянули, или мужиков с десяток. А если, меня убрать вздумаешь, тебя уж точно в покое не оставят. Ни Ксюша, ни органы. Да сам же Альберт тебя закажет.

– Почему же я должен верить тебе? Почему бы тебе не сдать меня сразу, после того как я свалю отсюда?

– Потому, что я больше не хочу смертей, да и месть не вернет мне друга.

– И даже меня пришить не хочешь?

– Уходи… Альберт поможет тебе, если будешь под его дудку плясать.

– Ну, хорошо. Но ты тоже должен уехать отсюда, и без заминки. Слишком много шума. Завтра, с утра хватятся Адама, да и мужика этого. Откуда он только взялся! Так что не будем терять время. Хватай лопату и рой яму! С этими словами, Горелый перерезал веревки. Петр освободил затекшие руки.

************************************************************************

Он совсем ослаб, но упорно продолжал ворочать землю. Пот градом катил по телу и лицу. Горелый мрачно курил, усевшись на толстое бревно.

– Ямы будут две. Твоего, положим отдельно, – изнемогающе бросил Петр.

– Ты, главное, шевелись.

Земля становилась все тяжелее. События сегодняшней ночи измотали Петра и морально и физически. Но он упрямо продолжал копать. Останавливаться нельзя. Горелый прав. Уходить надо было и ему. Три смерти в один вечер. Этого так просто не объяснить никому. А ведь есть еще Ксения. Значит еще не конец.