Всех товарищей казаков приветствую с новым годом, первым новым годом независимой [sic] народной украинской республики.

Этот год республика встречает в тяжелой обстановке. Борьба на фронте замирает, но не кончена еще и ей надо положить конец волей всего народа. Эта воля выскажется на нашем украинском учредительном собрании, а пока каждому необходимо твердо нести свой долг перед родиной. На границах с братским российским народом идет тяжелая борьба, не нами начатая, но оберегающая нас от попыток задушить нашу волю и погубить народную будущность Украины.

<…>

Товарищи казаки, дела великое множество. Новый год нам должен дать признание всем миром вольной Украины, он должен дать нам окончание войны и обоснование фундамента народной воли, светлой будущности и экономического благосостояния всего трудового народа. Только лишь в единении с родным народом и между собою наша сила. Бог в помощь на великое богатырское дело{975}.

Еще один приказ того же Шинкаря касался непосредственно Киева. Очевидно, в попытке укрепить дисциплину в киевской милиции, последнюю передали в подчинение командующего военным округом. Соответствующий приказ начальника милиции был издан 3 (16) января. Теперь распоряжения чинам милиции могли отдавать только командующий округом и начальник гарнизона Киева{976}.

Новостью начала 1918 года стал Всеукраинский церковный собор.

Центральная Рада и Генеральный секретариат долго не имели официальной позиции по религиозным вопросам. (Департамент исповеданий при Генеральном секретарстве внутренних дел появился только в марте 1918 года, уже во вторую каденцию Центральной Рады{977}.) Инициативу в церковном деле несколько неожиданно взяли на себя военные. 9 (22) ноября 1917 года 3-й Украинский военный съезд принял резолюцию об автокефалии украинской церкви (!), неподконтрольности ее государственным органам и украинизации богослужения. Съезд также сформировал Комитет по созыву Всеукраинского церковного собора в составе 30 человек из военных и духовенства, возглавляемый бывшим Владимирским архиепископом Алексием. Еще в августе, на Киевском епархиальном съезде, была избрана «Предсоборная комиссия». 23 ноября (6 декабря) в Киево-Печерской Лавре на совместном заседании этих двух органов была создана Временная всеукраинская православная церковная рада (ВВПЦР), которая объявила своей целью созыв Всеукраинского церковного собора в Киеве 28 декабря 1917 года (10 января 1918). ВВПЦР также выпустила воззвание к духовенству, призывавшее не поминать в богослужениях Московского патриарха – «нового самодержца, через которого россияне стремятся ввергнуть украинский народ в новую духовную неволю»{978}.