Но вот и в самом деле вдали показывается что-то блестящее и выделяющееся.

Металлический гроб. Несут на руках. В толпе говорят: – Это “Леонид Пятаков“. Но я спорю, потому, что хорошо знаю, что “Лева“, как мы привыкли его называть, зная его семью с детства [Шульгины и Пятаковы жили в одном квартале. – С. М.], похоронен на Байковом. Но оказывается, в толпе были правы; приехавший уже после похорон брата – Георгий Пятаков, главный большевик, приказал вырыть тело несчастного Левы из могилы, где он уже лежал рядом с матерью, и велел тащить его в эту общую страшную языческую яму.

А вот и он сам (Георгий) мчится в автомобиле с своими рыжими волосами, под которыми бьется непонятный и жуткий для меня мозг. <…>{964}.

Так из Леонида Пятакова сделали своего рода сакральную жертву. Примерно через десять дней после похорон Исполком Совета рабочих и солдатских депутатов озаботился увековечением его памяти, издав соответствующее постановление: «Секвестровать дом Пятаковых на Кузнечной улице и устроить в нем несколько рабочих организаций имени убитого Леонида Пятакова»{965}.

Это решение практически наверняка не было воплощено в жизнь, поскольку через несколько дней большевиков из Киева выгнали немцы.

Это решение практически наверняка не было воплощено в жизнь, поскольку через несколько дней большевиков из Киева выгнали немцы.

В марте 1919 года, во второе пришествие большевиков в Киев, значительную часть центральных улиц города переименовали в честь «классиков марксизма-ленинизма» и героев большевистского движения. Именно тогда Мариинско-Благовещенская улица стала улицей Леонида Пятакова. В обиходе ее, естественно, часто называли просто «улица Пятакова». До поры до времени это не вызывало проблем. Но в январе 1937 года Георгий Пятаков был осужден как «враг народа», приговорен к смертной казни и тут же расстрелян. Это вскоре сказалось на судьбе Михаила Пятакова, работавшего тогда ученым специалистом на Азербайджанской рыбохозяйственной станции в Баку. В феврале 1937 года он был снят с занимаемой должности «за провал работы», в ноябре 1939 года – арестован, а в январе 1940 года – «за контрреволюционную деятельность» был сослан в трудовые лагеря на восемь лет{966}. В Киеве же улицу Леонида Пятакова переименовали, дабы избежать опасной ассоциации: она стала улицей Саксаганского, как и называется по сей день.

Леонида Пятакова еще дважды возвращали на карту Киева, но оба раза он там не закрепился: две улицы его имени, сначала на Оболони, а затем на Саперном поле, даже не переименовали, а ликвидировали «в связи с перепланированием»{967}. Четвертой попытки не последовало. Киев отторг Леонида Пятакова…