Арсенал, таким образом, был окружен со всех сторон. Утром 20 января (2 февраля) отряд богдановцев, участвовавших в обороне, сдался гайдамакам, оголив таким образом один из флангов. На заводе заканчивались запасы еды и воды, медикаменты и боеприпасы. Двор и помещения Арсенала были переполнены ранеными, которым практически невозможно было помочь. Ефим Чайковский, член ревкома Арсенала, вспоминал:

Ревкомовцы собрались в одной из мастерских. Советовались, как выйти из сложившегося тяжелого положения. Кое-кто из присутствующих стал говорить о сдаче… Тогда выступил Горвиц: – Друзья, сдаваться нельзя! Это – верная гибель. Надо биться до последнего. Необходимо установить связь с городским Ревкомом и с его помощью организовать доставку продуктов, патронов, а может, и подкрепления… – Кого пошлем в город? – спросил Федор Садовский. – Пойду я! – заявил Горвиц. Кое-кто начал возражать. Говорили, что надо послать двух-трех арсенальцев. Но Горвиц настоял на своем. После заседания ревкома, дождавшись, когда немного утихла канонада, Саша ушел. Мы знали, что город кишит петлюровскими патрулями, и все же надеялись, что ему посчастливится проскочить незамеченным. Но гайдамаки схватили его… Через несколько дней на склонах Днепра нашли изуродованный труп Александра Горвица.

Ревкомовцы собрались в одной из мастерских. Советовались, как выйти из сложившегося тяжелого положения. Кое-кто из присутствующих стал говорить о сдаче… Тогда выступил Горвиц:

– Друзья, сдаваться нельзя! Это – верная гибель. Надо биться до последнего. Необходимо установить связь с городским Ревкомом и с его помощью организовать доставку продуктов, патронов, а может, и подкрепления…

– Кого пошлем в город? – спросил Федор Садовский.

– Пойду я! – заявил Горвиц.

Кое-кто начал возражать. Говорили, что надо послать двух-трех арсенальцев. Но Горвиц настоял на своем.

После заседания ревкома, дождавшись, когда немного утихла канонада, Саша ушел. Мы знали, что город кишит петлюровскими патрулями, и все же надеялись, что ему посчастливится проскочить незамеченным. Но гайдамаки схватили его… Через несколько дней на склонах Днепра нашли изуродованный труп Александра Горвица.

Арсенальцы выходили в город: в разведку и в попытках установить связь с повстанцами других районов и организовать помощь осажденным. Никто из них не возвращался. Впрочем, и получить помощь было бы неоткуда: у красногвардейцев Подола, Демиевки и Шулявки дела обстояли не лучше, чем у самих арсенальцев.

Вечером 20 января (2 февраля) на Московской улице появился броневик с белым флагом. Защитникам предложили сложить оружие и покинуть территорию завода. Они отказались{1226}.