Уже было поздно, когда на улице остановилась грузовая машина. Один из надзирателей распорядился вынести труп и положить в кузов. Только двое получили разрешение проводить умершего до могилы.

Машина ушла, оставив у ворот толпу опечаленных земляков Маркара.

Оник попрощался со всеми и поспешил на вокзал…

Вернувшись в лагерь, он в первую очередь вспомнил о Маргинском и решил выяснить, не появился ли он.

Оник направился прямо в палату. Маргинского не было. Не оказалось на своих местах Шевчука и Жака.

Оник почувствовал, как у него подкашиваются ноги.

«Что случилось? Неужели Маргинский всех выдал? Неужели всех арестовали?»

Растолкал одного из спящих.

— Что надо? — ошалело вскочил больной.

— Тихо! Это я, фельдшер. Где Шевчук? — шепотом спросил Оник.

— Откуда я знаю? Здесь была проверка, этого парня не нашли…

Не успел Оник обернуться, как лучик карманного фонаря метнулся по палате, отыскал его и ударил прямо в лицо, заставив зажмуриться. Невидимая рука крепко стиснула локоть:

— Выходи!

— Куда?

— Там узнаешь! — сказал голос.

В дверях его схватили и бесшумно скрутили руки за спину. Оник понял, что арестован, что он попал в засаду.

3

3

Комната в полиции. За столом восседает офицер. Голова на длинной шее, оттопыренные большие уши. Сзади него висит портрет Гитлера.

Оник сидит перед столом. Если прямо смотреть на следователя, кажется, он похож на Гитлера. Только Гитлер был суетлив и истеричен, а этот выглядит крайне медлительным. Он часто зевает, обнажая стальные зубы, и почти не двигается.