Ноги Оника приросли к полу. Глядя в глаза этого человека, он старался прочесть в них свой приговор.

— Давай, давай, шевелись! — прикрикнул тот.

— На прогулку? — спросил Оник.

Ответа не последовало. Вскинув голову, он вышел из камеры.

Спустились на первый этаж и вошли в комнату, где за письменным столом сидел молодой офицер с черной шевелюрой непокорных волос. Онику показалось, что во взгляде его глаз таилось что-то плутовское. Свежевыбритое лицо офицера было напудрено и от этого казалось бледным. Оник затруднился бы определить его национальность. Во всяком случае он не встречал немцев с подобной внешностью. Впрочем, стоило ли ломать над этим голову? Очевидно, его ожидает допрос, нужно приготовиться.

Тюремщик вышел.

— Джигарян? — спросил офицер.

— Да, Джигарян.

Губы офицера едва заметно дрогнули:

— Значит, армянин?

Оник был поражен. Опешив, он смотрел на врага, обратившегося к нему по-армянски.

— Садись!..

— Я?.. Э-э… Мне не верится!.. Вы тоже армянин?..

— Армяне живут повсюду.

— Познакомимся: меня зовут Манук.

— Манук? Это настоящее армянское имя!

— Я сам — настоящий армянин… Ты из каких мест?

— С Кавказа.

— Знаю, что с Кавказа, да ведь Кавказ велик.

— Я из Армении…