— В общем, отчасти так оно и есть, — шутливо отозвался Погосян.

Как раз в эту минуту Гарник услышал за спиной голос:

— Где Вреж Апресян? — А, вот он!.. Тебя вызывают к начальству.

— Меня? Зачем?

— Этого я не знаю. Начальство не докладывало. Беги!..

Гарник направился в «психиатричку».

Вместо начальника в одной из комнат главного здания его ожидал Филоян.

Открыв дверь, Гарник остолбенел. Волосы на его голове зашевелились. Да, это был он, Филоян. Даже теперь Гарник не сразу поверил тому, что перед ним не призрак. Вид у Гарника, вероятно, был смешной: недаром Филоян расхохотался, глядя на него.

— Что? Удивляешься, земляк? Ну, подойди поближе. Оглох, что ли? Тебе говорят, подойди ближе!..

Гарник не мог впоследствии вспомнить, то ли он сам зашагал, то ли кто другой, подтолкнув его сзади, усадил за стол напротив Филояна. Воскресший мертвец сидел, упершись в стол локтями и весело смеялся, сверкая зубами.

— Садись! Все еще не веришь своим глазам? Да, это я. Закури!

Гарник покачал головой.

— Я не курю.

Эти слова возвратили способность чувствовать, думать. Да, перед ним сидел Филоян. Так, может быть, живы Великанов, Саядян и другие?..

— Как же это получилось? — спросил он наконец. — Расстрел был фиктивным?

Наивность Гарника доставляла Филояну наслаждение. Он продолжал хохотать, трясясь всем телом.

— Почему фиктивным? — наконец выговорил он. — Вообрази себе, что меня пуля не берет.

— Ну, а другие?.. Великанов, Саядян и остальные тоже остались? — не выдержал Гарник.

Филоян сразу посерьезнел, взял сигарету, чадившую на краю пепельницы, и на минуту скрыл лицо в клубах дыма.

— Да, остались… В могиле!..