– Здравствуй, Павел. Каким ветром тебя занесло в наши края?

– Я к тебе, – сказал он, не обращая внимания на иронию, прозвучавшую в голосе Веры.

– Отчего же? – удивилась Вера. – Не по сердцу пришлась молодуха? Или сама тебя прогнала?

– Не прогоняла, – угрюмо ответил Павел. – Я сам ушёл.

– А-а, ну это, конечно, всё меняет, – сказала Вера с насмешкой. – Только я-то тут причём? Не до души эта, найдёшь новую. Опыт-то уже есть.

Павел глянул на Веру исподлобья и сказал:

– Я обидел тебя, я знаю. Но мне надо поговорить сейчас с тобой. Мы можем пойти домой? К тебе домой, – поправился он.

Вера минуту размышляла, затем ответила:

– Ладно, идём. А то к вечеру холодает, боюсь застудиться. Да и с родными заодно повидаешься. За три месяца, поди, и забыл, как они выглядят.

Павел ничего не ответил.

Придя домой, Вера заглянула в хатёнку. Шура была дома.

– Шура, ты могла бы пойти пока с Толиком в дом? А мне надо гостя одного принять.

Шура выглянула в окно и увидела Павла. Она обрадовано подпрыгнула и поцеловала на радостях сестру, а затем поспешила освободить хатёнку.

– Здравствуй, Павлик, – поздоровалась она, когда вышла во двор.

– Здравствуй, Шура, – ответил он. – Как вы тут поживаете? Как племяш мой?

– Ничего, потихоньку, – сказала Шура ласково. – Ты молодец, что пришёл.

Павел немного приободрился от её слов и вошёл в хатёнку.

Пятилетняя Валечка гуляла с детворой на Широкой улице, когда соседка баба Паша подошла к ней и сказала:

– Беги скорее домой, детка. Там папка твой вернулся.