Я двинулась на юг, обшаривая берег взглядом, но вскоре полоска пляжа истончилась, и я уперлась в кусты. На воде холста тоже не было видно.

– Пойдем обратно. – Я развернулась, и Виктор тихо зашагал следом. Держась чуть поодаль, он пристально наблюдал за мной, а в поисках участвовал лишь вполсилы.

– Долго еще? – спросил он.

– Что? – Я внимательно оглядывала береговую полосу.

– Долго еще ты будешь упорствовать?

– Знаешь, мог бы и помочь, а не желать мне провала.

– По-твоему, я этого тебе желаю?

– Не знаю.

– Давай поспешим, Элли. Скоро стемнеет.

Но Виктор не понимал, что сумрак – наш союзник. Если целлофан порвался, мы наверняка заметим сияние. Когда наступит кромешная тьма, к панно нас приведет голубой свет.

Я прочесывала пляж в поисках бугорка или торчащего угла – вдруг рулон завален камнями. Ничего. Выписывая зигзаги, я проверяла тротуар, отделенный от пляжа низкой каменной стеной. Ничего.

Когда мы добрались до причала, я заглянула в окна будки – рулон могли отнести туда, как в бюро находок, и оставить в углу. Но нет. Внутри были одни коробки.

Виктор ждал меня наверху, присев на капот автомобиля. Он взглянул на часы.

– Там ты еще не искала. – Он указал на север. – Я буду здесь. У меня в туфли камни набились.

Я спустилась по склону, сбегавшему от дороги к левой половине пляжа. На мелководье на буйках стояли небольшие швертботы. Их было четыре, разного цвета и с разными названиями, паруса обмотаны вокруг мачт. У всех, кроме одного, корма была закрыта брезентом.

Вдоль берега тянулась зеленая изгородь. По другую сторону от нее на пригорке густо росли высокие деревья. Впереди виднелась россыпь домиков. Джим Калверс не ждал меня ни в одном из них. Я поняла, что он меня бросил. Я не знала, когда это произошло, но он ушел. Да и искать было нечего: того, что я надеялась найти, здесь не было. Я потащилась обратно. Каждый шаг выкачивал из меня силы.

Виктор сидел в машине. Окна запотели, изнутри доносился рокот голосов радиоведущих. Он опустил боковое стекло.

– Вечером обещают грозу, – крикнул он. – Я бы не хотел, чтобы она застала меня в дороге.

Я кивнула и побрела к машине. О дороге в Лондон и возвращении в пустую квартиру думать не хотелось.

Виктор завел мотор. У меня болело плечо. Взбираясь по склону, я бросила последний взгляд на озеро и вдруг заметила, как что-то качается на волнах и бьется о сваи под дощатым настилом причала. Большой сверток в форме папиросы.