Светлый фон
Подплывая к острову на пароме, мы лишь частично знаем, чего ожидать. Мы прибыли сюда не только ради смены обстановки, но и на разведку. Хейбелиада находится в двенадцати милях от Стамбула и входит в группу островов, именуемых Истанбул адалары, уступая по величине лишь соседней Бююкаде. На севере и юге ее венчают два холма с крутыми лесистыми склонами, а в ложбинке между ними расположился поселок, где живет все население острова. Работа там по большей части сезонная. Зимой приземистые дома на несколько квартир и долговязые деревянные особняки стоят пустые и темные, но с приходом тепла их заполняют стамбульские дачники, которые приезжают, чтобы сидеть на узорчатых балконах, загорать на скалистых пляжах, качаться, словно чайки, на сияющих волнах Мраморного моря и весело выпивать до глубокой ночи на крышах своих домов. Если смотреть с моря, Хейбелиада
что означает “остров-вьюк”
вполне оправдывает свое название. На густо поросшем соснами и гранатовыми деревьями юго-восточном мысе и находится одноименный санаторий. Мы…
Сзади послышался звук, будто кто-то встряхнул банку с пуговицами. Виктор держал в руках стеклянный пузырек с оторванной этикеткой. Он тряс его и тряс, а внутри слабо перестукивались таблетки.
– Не знаю, сколько таблеток тут было изначально, – наверное, штук шестьдесят, – сказал он, вытряхнув горстку себе на ладонь. – А значит, мы неверно интерпретировали результаты анализов. – Виктор поднес к глазам одну таблетку. – Это точно тофранил. Судя по всему, ты перестала его принимать. Так что, вполне возможно, интоксикация была вызвана не им.
– А чем тогда?
– Это ты мне скажи. – Виктор прошелся по комнате. – Может, масляными красками. В них полно химикатов. Может, скипидаром.
– Я не знаю.
Я снова повернулась к стене, взгляд выхватил абзац пониже.
Нам посоветовали нанять фаэтон, когда мы сойдем на берег. Самый удобный путь к санаторию пролегает через восточную часть острова. Проселочная дорога обрывается у кованой ограды с пиками, оцепляющей усадьбу. Подъезжая к вершине холма, мы читаем таблички на деревьях: Dikkat köpek var – “Осторожно, злая собака”. Но мы не тревожимся. С вершины холма открывается прекрасный вид на море, а вдали от суеты и шума городской жизни туберкулезные больные могут наслаждаться свежим воздухом и покоем. Санаторий строился в пору, когда болезнь достигла невиданных масштабов и показатели смертности зашкаливали. Он открылся в 1924 году, через год после провозглашения Турецкой Республики. Здание, прежде принадлежавшее греческим властям, было отреставрировано под эгидой Мустафы Кемаля Ататюрка, основателя современной Турции…