Со вчерашнего утра мама заставила их дочиста отскоблить дом и даже вымести пыль под шкафами.

– Никто не назовет О’Рейли неопрятными, – в сотый раз повторила мама. Старший брат Джон сказал, что для папы и мамы это возможность похвастаться своим новым жильем, но даже если он был прав, Мерри была исполнена радостных предчувствий. Были приглашены все ее школьные друзья, кроме Бобби Нойро, которого по какой-то причине никогда не допускали на ферму.

Мерри также знала, что Бриджет О’Мэхони, похожая на маму и на ее сестру Кэти своей бледной кожей и огненно-рыжими волосами, придет в более дорогом платье, скроенном мастерицей, работавшей на портного в Тимолиге. Бриджет происходила из самой богатой семьи в здешних местах, и они жили в доме даже более просторном, чем у отца О’Брайена. Отец ежедневно привозил ее в школу в большом блестящем автомобиле, в то время как остальным ее одноклассникам приходилось добираться пешком по полям, которые во время зимних дождей больше напоминали болото. Мисс Люси всегда заставляла их снимать обувь и ставить на просушку у камина в классной комнате, пока она вела урок. Это было очень заботливо с ее стороны, хотя обычно башмаки заново промокали на обратном пути.

Мерри покрутила пальцами на ногах и снова поразилась тому, что они не превратились в плавники, учитывая, сколько времени они проводили в воде. Иногда лужи, которые она преодолевала, доходили ей где-то между лодыжкой и коленом (она собиралась спросить мисс Люси, как называется эта часть тела). Впрочем, сегодня было сухо, и Мерри собиралась радоваться каждой минуте.

Поскольку наступило воскресенье, ее сестра отправилась на мессу, а потом отец О’Брайен пожелал ей счастливого шестого дня рождения.

Воскресенье было ее вторым любимым днем после понедельников в доме священника. Мерри всю неделю предвкушала этот день, поскольку он был единственным, когда всем детям позволялось играть после ланча. Они играли в ирландский хоккей, стараясь затолкать маленький жесткий мяч между двумя столбиками, установленными папой или Джоном. Иногда они играли в салки или в прятки, где ее всегда находили первой, потому что она не могла удержаться от хихиканья. Сегодня, в день ее рождения, ей разрешили выбирать любые игры.

После мессы, когда семья забралась на повозку, запряженную пони, Мерри решила, что, каким бы красивым ни оказалось платье Бриджет О’Мэхони и сколько бы кружевных нижних юбок она ни носила, она не будет возражать, потому что это ее день рождения, самый ХОРОШИЙ день.

* * *

– Мамочка, ты чудесно выглядишь в этом платье, – восхищенно сказала Мерри, когда ее мать вошла в кухню перед началом празднества. – Правда, папа?