Позднее, уединившись в спальне, Мерри и Кэти обсудили ситуацию.

– Конечно, мама говорит, что она найдет способ, но, во‑первых, она больше не может работать по понедельникам у отца О’Брайена, – сказала Мерри. – Это большой старый дом, и миссис Каванаг начинает грубить, если не застает его в идеальном состоянии. А еще сплетничает насчет маминой уборки.

– Ох, не обращай на нее внимания; все знают, что она старая ведьма. Однажды ее холодное сердце превратится в камень, и она навсегда попадет в преисподнюю.

– Я сама могу убираться в доме отца О’Брайена, – вслух подумала Мерри. – Подумаешь, один день пропущу школу. Наш Джон ушел из школы в моем возрасте, чтобы помогать отцу на ферме.

– Но он был рожден для фермерской работы, Мерри. Всем известно, что ты самая умная в наших краях и что ты любишь учебу. Отец О’Брайен не захочет даже слышать об этом.

Мерри вздохнула и выключила маленький деревянный ночник, который папа сделал для них на Рождество.

– Мерри? – донесся голос из темноты.

– Да?

– Ты… Ты думаешь, папа стал пьяницей?

– Почему ты спрашиваешь?

– Только потому, что я слышала, как Шимус О’Ханлон потешался насчет папиного пристрастия к бутылке. Ты знаешь, что теперь Джон сам проводит утреннюю дойку и возит тележку с молоком на маслобойню, потому что папа спит наверху.

Мерри лежала и думала о том, что Кэти всегда высказывала вслух свои тайные мысли. Конечно, Мерри все видела, но что она могла сделать?

Ничего.

* * *

В следующие два месяца Кэти и Мерри изо всех сил старались обеспечить покой для своей матери. Они делили между собой ранние утренние хлопоты и следили, чтобы все были накормлены, перед тем как Мерри и Билл уходили в школу. Если Нора не работала в Большом Доме, она ухаживала за Патом, хотя, как это обычно бывало с Норой, ее часто не удавалось найти в самые нужные моменты.

– Думаю, она встречается со своим парнем по пути домой, – сказала Кэти. – Этот Чарли Дунан живет рядом с Большим Домом, она всегда засматривалась на него.

Мама сидела в кожаном кресле рядом с плитой и учила младших девочек готовить супы и тушеные овощи. Мерри решила, что ни за что не будет готовить репу, когда вырастет. Их научили сворачивать шею курам, что было ужасно, поскольку девочки каждое утро кормили их и называли по именам. Хотя мама учила их готовить сладкие блюда вроде бармбрэка и сдобных булочек, с выпечкой у Мерри ничего не получалось, поэтому она предоставила инициативу Кэти, у которой выходило гораздо лучше.

Мама часто спускалась вниз и без всякого повода, несмотря на слабость.

– Я ваша мама, девочки, и я не больна, а просто беременна, – отвечала она на их упреки.