– Где был де Валера? Он знал о засаде?

– Думаю, да, но вчера рано вечером он уехал из Западного Корка на совещание в Дублине.

– Это он распорядился напасть на Майкла?

– Говорят, что это был Том Хэйл, который рыдал как младенец, когда выяснилось, что Майкл умер. Ты знаешь, какими близкими друзьями они были до гражданской войны.

– Я… не знаю, что и сказать. – Нуала покачала головой, не в силах остановить слезы. – Что мы теперь будем делать?

– Не знаю, но сегодня в нашей округе будет мало тех, кто не прольет слезы по Майклу Коллинзу, на какой бы стороне они ни находились. Хочу тебе кое-что сказать, Нуала. Для меня все кончено: у меня больше нет сил продолжать после смерти Майкла.

– Понимаю, Финн, – тихо отозвалась она. – Думаю, многие испытывают сходные чувства.

– Большинство из нас. Мне впервые стало страшно, Нуала. Я боюсь, что люди узнают о моем участии в засаде, где погиб Майкл Коллинз, и тогда они придут за мной.

– Но ты не принимал участия в этом, Финн. Ты сам сказал мне, что ушел и возвращался домой, когда услышал выстрелы. Вчера вечером на улицах было много народу; люди возвращались из Клонакилти, накачанные виски и портером, настолько пьяные, что едва держались на ногах. Они не узнают, где ты был. Если кто-то спросит, то ты всю ночь находился здесь, вместе с женой и ребенком. Если будет нужно, то я поклянусь на Библии. Конечно, по Майклу будут проходить заупокойные мессы по всей Ирландии, и нам тоже нужно пойти.

– Да, мы пойдем. И я помолюсь за человека, которого не убивал собственными руками, но я всегда буду чувствовать, что это сделал я.

– Но ты этого не делал, Финн. Ты должен помнить, что выполнял приказ, как и любой солдат в бою.

– Ты права, как всегда. – Финн с силой провел ладонями по заплаканному лицу. – Сомневаюсь, что Том Хэйлс или кто-либо из нас мог предполагать гибель Майкла. Мы лишь хотели приструнить дублинских соглашателей и напомнить им, что многие из нас все еще здесь и сражаются за республику, о которой мы мечтали. Господи, Нуала, ведь Майкл возглавлял наше новое правительство! Почему он разъезжал в автомобиле с открытым верхом? И где были солдаты, которым следовало защищать его при необходимости?

– Думаю, Майклу не приходило в голову, что кто-то в Западном Корке хочет видеть его мертвым. Он находился среди собственного народа, верно?

– Ты права, Нуала. Майкл всегда любил погулять и выпить. Независимо от политических взглядов местные жители любили его. Мы когда-то любили его, он был одним из нас… – Финн снова заплакал.

– Что скажешь, если я наполню корыто теплой водой и ты как следует помоешься? Потом я принесу тебе рубашку и брюки, и мы выйдем погулять с Мэгги, чтобы соседи убедились, что ты здесь и скорбишь по Майклу вместе с ними. Тебя здесь уважают, Финн, ты учишь детей в сельской школе. Никто не пожелает тебе зла.