Закончив сборы, Надежда взглянула в зеркало. Из него смотрела незнакомая прекрасная дама в сером бархатном платье, подчёркивающем её прелестные формы. Высокую грудь прикрывало кружевное жабо, оттенявшее румянец девичьего лица, внизу, из-под платья, которое было до щиколоток, выглядывали две маленькие туфельки, сочетаясь с цветом платья. Маленькая шляпка вуалеткой подчеркивала правильные черты лица с широко распахнутыми доверчивыми глазами, едва прикрывая тугой узел тёмно-каштановых, почти чёрных, волос, заколотых изящными шпильками.

Подмигнув своему отражению в зеркале, Надя вышла из дома и не спеша, как и положено светской даме, пошла по тротуару вдоль улицы, направляясь к пансиону. Редкие встречные прохожие с интересом всматривались в красивую девушку, которую видели впервые, а один мужчина, поравнявшись с Надей, даже снял шляпу и поклонился ей как знакомой. От этого внимания щёки девушки заалели сильнее, и она вошла в пансион вся пунцовая от смущения.

Девушки уже собрались и нетерпеливо ожидали времени, чтобы не прийти слишком рано в собрание, что по их понятиям будет неприлично. Две девушки были в светских платьях, остальные в семинаристской форме, но с праздничными белыми кружевными воротниками. Таких посетительниц офицеры называли синичками, и охотно знакомились именно с ними, будучи уверенными в их скромности и невинности. А вот будущие учительницы, одетые в светские платья, вызывали сомнения, но пользовались повышенным вниманием для флирта, интрижки, а если повезёт, то и для любовной связи.

Одна из девушек, по имени Бася, тоже в нарядном платье, как и Надежда, подошла к ней и восхищённо цокнув язычком, сказала:

– Наденька, душечка, ты настоящая принцесса в этом наряде, платье так идёт твоему образу, что я не удивлюсь, если сегодня тебя провозгласят королевой бала. Собственно там и выбирать, наверное, будет не из кого: сегодня балы проходят и в дворянском собрании, и в городской ратуше, так что в офицерском собрании будет публика попроще, ну и чёрт с ними: зато много офицеров-холостяков и местная интеллигенция: доктора, учителя и даже художники будут, и если нам повезёт, то подцепим женишков, или тебе, Наденька, женишок уже не нужен, судя по платью? – подколола Бася свою подружку.

– Я не думаю об этом, – снова покраснела Надежда от вынужденной лжи: именно о Дмитрии, как женихе, она только что и подумала, сожалея, что мечта не становится явью.

– Ладно врать-то, – насмешливо возразила Бася, – все мы, честные девушки, думаем о замужестве, и ждём – не дождёмся суженого, чтобы не быть учительницей в глухомани, а если нет пока суженного, то ведь можно и тайно любить, не так ли? – подмигнула Бася и отошла к другим девушкам, оставив Надю в смятении чувств.