Новый генерал-губернатор Нидерландов приходился Филиппу племянником. Знаменитый принц Пармы призвал испанские tercios (полки) сразиться с голландцами в 1582 году. Однако дипломатия Елизаветы потерпела неудачу не столько из-за поражения Алансона, сколько потому, что ее покинула удача. Да, усилия Тайного совета добиться англо-французского альянса провалились в основном вследствие ее тщеславия. Она не могла заставить себя выйти замуж за Алансона, но настаивала на договоре по минимальной цене и на условиях, которые предоставляли ей изрядную свободу[653]. Однако совершенный союз растаял со смертью Алансона; точнее будет сказать, что дипломатию Елизаветы победили события. В 1578 году Яков VI (в возрасте 12 лет) находился под влиянием врагов протестантского регента Шотландии графа Мортона, после чего Эсме Стюарт, сеньор д’Обиньи, наследник графа Леннокса в правах на шотландский престол, приплыл из Франции и пленил Якова, который дал ему титул герцога Леннокса (август 1581 года). Тогда заговор с целью восстановить католичество в Шотландии и завоевать Англию с помощью испанцев и папы римского приобрел определенные очертания: в нем участвовали Леннокс, де Гизы, Мария Стюарт, Бернардино де Мендоза (испанский посол в Лондоне), иезуиты, папа и скептичный Филипп II. После дворцового переворота шотландские вельможи изгнали Леннокса (август 1582 года); он бежал во Францию, где и умер. Тем не менее заговоры множились и множились. В ноябре 1583 года Тайный совет пытал Фрэнсиса Трокмортона, который вовлек Марию Стюарт, Мендозу и нескольких недовольных католических вельмож в план де Гиза по вторжению в Англию.

Затем воинственный папа Григорий XIII (1572–1585) профинансировал вторжение в Ирландию Томаса Стакли (1578). Игрок до мозга костей, Стакли в последний момент переключил внимание на Марокко, где погиб в сражении при Алькасаре. Однако в 1579 году Джеймс Фицморис Фицджеральд, кузен графа Десмонда, и Николас Сандер, полемист периода Контрреформации и папский легат, отплыли в Ирландию при тайной поддержке Филиппа. Хотя захватчиков было всего 60 человек, и пополнение из шести сотен им прислали в следующем году, их прибытие разожгло волнения в ирландской провинции Мюнстер, подавление которых встало Елизавете в £254 960.

И наконец, кончина Алансона положила начало французским гражданским войнам. Генрих III не имел потомства, поэтому престол после его смерти должен был перейти к ближайшему родственнику мужского пола протестанту Генриху Наваррскому (впоследствии Генрих IV), которого де Гизы рассчитывали не допустить до престола с помощью испанцев (тайный Жуанвильский договор, декабрь 1584 года). Когда Наваррского лишили права наследовать королевскую корону и отлучили от церкви, война возобновилась. Таким образом, борьба за престол нейтрализовала Францию, а Филиппу II требовалось защищать свою трансатлантическую экономику от английских разграблений. Экспедиция сэра Фрэнсиса Дрейка 1577–1580 годов, превратившаяся в кругосветное плавание, пробавлялась грабежом испанской собственности по прямому разрешению Елизаветы, так как «интервенционистская» группировка при дворе убедила королеву в пользе «скрытной» войны у побережья Испанского Мэйна. В 1578 году Хоукинса назначили казначеем военного флота: он организовал каперские вылазки против Испании на собственных судах и кораблях Елизаветы, направляя на прямое пиратство уже меньшее число людей. Тем не менее на море Филипп II был силен; водоизмещение его флота (300 000 тонн) превышало водоизмещение голландских (232 000 тонн) и английских (42 000 тонн) кораблей, вместе взятых. Именно военно-морская мощь Филиппа вдохновила маркиза де Санта-Крус, главного испанского адмирала, на предложение «английского предприятия» – собрать армаду, чтобы свергнуть Елизавету. Испанское торговое сообщество отнеслось к этому предложению с энтузиазмом; Парма тоже одобрил план при условии, что сначала надо подчинить Нидерланды, а потом бросить 34 000 солдат во внезапную атаку через Па-де-Кале. (В основном споры шли вокруг вопроса, Нидерланды или Англию следует делать первой целью[654].)