«Инстинкт самозащиты» побуждал банкиров и других коммерсантов выполнять требования шантажистов. Только в одном банке – Варшавском коммерческом – к шантажу отнеслись без страха: визитерам из «Руси» пригрозили прокурором. После этого ни одного слова об этом банке в газете не появилось.
Скандальный инцидент с Милюковым, произошедший в мае 1908 года, непосредственно связывался с провокационной деятельностью «Руси». Сотрудники газеты нанесли визит Милюкову домой и потребовали у него сообщить им имена тех сотрудников «Руси», которые, по свидетельству кадетской газеты «Речь», якобы ездили в Киев и обращались за чем-то в тамошние банки. Милюков отвечать отказался, и тогда, как писала пресса, «сотрудники „Руси“ прибегли к гнусной расправе».
Сказать проще – Николай Попов устроил рукоприкладство, после чего оставил свою визитную карточку, намекая на дуэль. Милюков, считавший себя принципиальным противником дуэли, отказался от поединка. Кроме того, он заявил, что драться на дуэли с человеком, проявившим отсутствие элементарных понятий приличия, ниже его чести. Поэтому Милюков обратился в суд.
Усилиями газетчиков и самого Милюкова мелкий инцидент раздули до размеров гигантского политического скандала. Уже на следующий день после «гнусного, бессмысленного насилия, учиненного сотрудниками газеты», на квартиру Милюкова прибыли представители различных политических групп и общественных организаций, чтобы выразить ему сочувствие и поддержать в «трудную минуту». В полном составе явилась фракция кадетской партии.
Посетил Милюкова даже председатель Государственной думы Хомяков, оставивший на своей визитной карточке следующую надпись: «Позвольте мне выразить Вам сердечное соболезнование и глубокое отвращение учиненному над Вами насилию». А газета «Русские ведомости» в своей телеграмме выразила гневное возмущение «дикой выходкой насильников».
На судебном процессе, собравшем огромное количество биржевиков, адвокатов и журналистов, представители «Руси» отвергали все обвинения в шантаже, назвав их надуманными и лживыми, и говорили, что их переговоры в банках носили исключительно «дружественный характер». Суворин, в свою очередь, обвинил банкиров в том, что их руками правительство борется с газетами, «набрасывая им на шею веревку».
Кроме того, он обвинил министра финансов в якобы предпринятой против «Руси» кампании, в которой объединились правительственные и частные учреждения. Но, по словам Суворина, и финансистам, и правительству рано праздновать свою победу. «Газета „Русь“ на днях снова будет выходить, – сообщил он. – Как феникс из пепла, она возникнет и снова бросится в бой».