…невольно вспоминаются слова М. Горького[633] о Л. Андрееве[634]: «он меня пугает, а мне не страшно»…

Четвёртый комический знак – обстановка, в которой происходит сексуальная оргия. Декорациями стали мавританская роскошь, лепнина, мраморные полы, устланные коврами, богато обставленная библиотека. Эклектично и нелепо перемешаны древняя и современная культура.

Пятый комический знак – музыка, автор и дирижёр британский авангардный композитор Джослин Пук[635]. Композитор использовал фрагмент православной Литургии[636] («ещё молимся о милости, жизни, мире, здравии, спасении и прощении всех…»), прокрученной в обратном направлении, с голосом румынского священника (?!) и монотонным вибрирующим аккордом. В другой музыкальной теме слышится что-то арабское или североафриканское. К этой амальгаме Кубрик добавляет китчевую танцевальную мелодию «Stranqers in the Night». Он также планировал включить в саундтрек пение на тексты из «Бхагавадгиты»[637], но из-за индуистских фундаменталистов, угрожавших выступить с протестом, отказался от этой идеи.

Согласимся с критиками, не стоит искать тайные знаки там, где их нет, религиозный обряд, пропущенный через постмодернистский перформанс, яростное смешение культурных отсылок, придают диковатому эротическому спектаклю пародийный характер. Оргия зловещая, но в то же время глупая.

Билл, здесь, на этой оргии, на грани сна и яви, выглядит как нелепый, заблудший, маленький человек, и, в конце концов, попадает в неприятную ситуацию, вынужден перед всей этой нелепой толпой, снять маску, и подвергнутся не только осуждению, но и символической казни.

Единственное живое существо среди этих манекенов, женщина,

…та самая вторая проститутка, которая встретилась Биллу в тот рождественский вечер, который по-своему оказался пародийным…

которая ценой собственной жизни спасет Билла, как благодарность за то, что он спас её от передозировки наркотиков на рождественском приёме.

А среди «манекенов» будет тот самый Зиглер, «задницу» которого спас Билл, и который, уже после оргии, признается, что он там был, и не только он, знал бы Билл, какие люди там присутствовали, «не спал бы по ночам».

И ещё Зиглер начнёт не только увещевать Билла, но и шантажировать, не стоит лезть, куда не следует. А по поводу той женщины, которая спасла жизнь Биллу, и поплатилась за это собственной жизнью, он с циничной откровенностью скажет, так ведь она была шлюха (?!), к тому же наркоманка, смерть для неё был вопрос времени, так что всё в порядке, ничего подозрительного полиция не усмотрит.