Они появляются в ней разве что спорадически, но иногда и этого довольно, чтобы составить общее представление о читающей публике. Судя по отдельным репликам в письмах книготорговцев и в таких исключительных документах, как дело о банкротстве Робера и Готье, это была довольно разношерстная публика, состоявшая из людей, принадлежавших к разным слоям среднего и высшего классов: аристократов, магистратов, правительственных чиновников, офицеров, священников, юристов, врачей, купцов, зажиточных деревенских землевладельцев и, может быть, из относительно состоятельных мелких предпринимателей в больших и малых французских городах. Что происходило в головах у этих людей, когда они читали книги, остается загадкой. Исследования по истории чтения за последнее время достигли весьма существенных успехов, но их авторы неизбежно продолжают натыкаться на незаполнимые лакуны в имеющейся информации315. Конечно же, у нас есть весьма информативные заметки на полях, тетради с цитатами и комментариями их владельцев, записи в дневниках и прочие документы, разбросанные по разным архивам, но в сумме они не дают достаточной доказательной базы, опираясь на которую можно делать сколько-нибудь надежные обобщения. Мы приговорены к изучению частных случаев: многие из этих исследований отдельных случаев выполнены мастерски, но ни одно из них не в состоянии проложить для нас надежную дорогу в прошлое.
Мы не решили проблему понимания того, как люди читали, но мы вполне можем узнать, что они читали. Тщательное изучение книжной торговли на уровне отдельных магазинов дает представление о том, какие книги продавались лучше других на конкретных рынках, от города к городу. Результаты можно свести в общую панораму книжного рынка – и даже создать на их основе ретроспективный список бестселлеров. Понятно, что буквально понимать этот список не стоит. Он может дать самое общее представление о том, какого рода литература была востребована более всего, и никак не рассчитан на то, чтобы выстроить по ранжиру конкретные издания; к тому же он покрывает только те книги, которые были представлены на рынке на данный конкретный момент, а не те, что годами накапливались в библиотеках. То явное предпочтение, что покупатели оказывали романам мадам Риккобони, вовсе не означает, что они утратили интерес к романам мадам де Лафайет, опубликованным за сто лет до этого, не говоря уже о восходящей к Античности классической литературе, на которой и была основана культура, унаследованная образованными элитами от предшествующих поколений. Во многих читательских диетах основное блюдо представляли религиозные книги, начиная с бревиариев и вплоть до теологических трактатов. Поскольку